Перебитая память. Как в Белгороде борцов за советскую власть «превратили» в участников Великой Отечественной войны

После реконструкции мемориального комплекса «Вечный огонь» к фамилиям большевиков-революционеров, умерших до войны, добавили воинские звания.

На территории мемориального комплекса «Вечный огонь» на Соборной площади Белгорода расположены плиты с фамилиями погибших защитников Родины. Но история памятного сооружения началась гораздо раньше. На сайте «Летопись Белогорья» в марте 2012 года была опубликована статья, в которой сообщалось, что «комплекс имеет такое официальное описание: „братская могила борцов за Советскую власть в городе Белгороде, погибших в 1918–1919 годах, и воинов, павших в боях с фашистскими захватчиками в 1941–1943 годах“. Памятник был открыт 5 августа 1959 года, его авторы — скульптор Г. Нерода и архитектор И. Француз».


Плита «Вечного огня» до реконструкции, фото belstory.ru

Официальное описание комплекса на сайте городской администрации подтверждает тот факт, что там были захоронены как участники Гражданской войны (большевики), так и воины Великой Отечественной.

— На текущий момент самая полная и подробная история всех захоронений и памятных мест на главной площади Белгорода изложена крупнейшим краеведом нашего города, его Почётным гражданином, ныне покойным Александром Николаевичем Крупенковым в книге «Пройдёмся по старому Белгороду». Мемориальный комплекс с Вечным огнём стал результатом перепланировки центральной площади нового областного центра и объединил в 1959 году в себе два рода захоронений — революционеров 1918–1919 годов и воинов-освободителей Белгорода 1943 года. При этом, уже при создании памятника, главное внимание было уделено именно солдатам Великой Отечественной войны. В то же время имена революционеров помещались на отдельной плите, без указания каких-либо воинских званий — у большинства их просто не было, — рассказал директор Государственного архива Белгородской области Павел Субботин.

— Если говорить о захоронении революционного периода, то на плите были указаны имена девяти человек, хотя, конечно, самих захороненных было больше. Впрочем, то же самое можно сказать и о захоронении воинов-освободителей — многие из них остались безымянными. Если быть точным, то список погребённых революционеров и активистов советской власти включал в себя девять фамилий. Это Машковцев М. А., Озембловский И. Г. вместе с женой, Паломов-Мальский И. Ш., Саенко В. А., Сидоренко В. Д., Стрельцов Н. М., Трунов М. Е. и Феофанова А. И. Все они были перечислены на одной плите, которая располагалась с западной стороны мемориала по правую сторону.

Павел Субботин рассказал, что все они погибли в период Гражданской войны в 1918–1919 годах.

— Первый комиссар продовольствия Машковцев был убит в ходе продовольственного бунта. Крупный даже по меркам страны революционер Озембловский, бывший председатель Курской ЧК, при попытке выехать на Украину был опознан и казнён вместе с женой. Командир 5-го Курского советского пехотного полка Трунов был убит своими же однопартийцами. Начальник Белгородской милиции Саенко и активистка Сидоренко были казнены белыми за массовые убийства. Часовой мастер Паломов-Мальский был убит за сыновей-коммунистов отступающими деникинцами, равно как и активистка Феофанова, и командир батальона повстанческого полка Стрельцов.

— Люди эти, конечно, очень разные, неоднозначные, с разными судьбами, в том числе довольно яркими. Кто-то, как, например, легендарный «белгородский Чапаев» Михаил Епифанович Трунов, достойны отдельного памятника. Кто-то, как Паломов-Мальский — невинная жертва Гражданской войны. Кто-то, как Саенко и Сидоренко, повинны в страданиях мирных горожан и заслуживают осуждения. Но все они лица той эпохи, часть нашей истории, которую уже не изменить. Её остается помнить вне зависимости от того, как мы относимся к событиям тех лет.

В марте 2015 года на Соборной площади было проведено торжественное мероприятие, ознаменовавшее начало работ по реконструкции памятника.

Реконструкцию завершили перед праздником Победы, внеся в памятник изменения. В частности, фамилии большевиков теперь расположили не на одной плите, а на нескольких. Ко всем фамилиям людей, погибших задолго до Великой Отечественной войны, добавили надписи, указывающие воинские звания или надпись «воинское звание неизвестно». Так, Озембловский «стал» партизаном, а его жена — «рядовой». Более того, в написании двух фамилий появились ошибки: вместо Феофановой теперь на плите появилась «Феофаинова», а Паломов-Мальский был заменён на «Паламов-Мальский». В двух случаях также были заменены и инициалы.

Павел Субботин считает изменения, произошедшие в ходе реконструкции, «досадной ошибкой, которую нетрудно исправить».

— Очевидно, что список фамилий без званий с тыльной стороны мемориала был помещён отдельно от других плит неслучайно. Разъяснение об этом есть в книгах по истории города, в интернете, об этом знают краеведы, работники культуры, историки. Озембловский был ярким революционером, с интересной биографией, но партизаном он точно не был. Почему он записан теперь отдельно от жены, тоже непонятно. Звания остальных либо известны, либо не имелись в наличии. Ну какое воинское звание может быть у жены Озембловского? Или у Варвары Сидоренко? Их не было в природе. Хотя звание Трунова, например, известно. Превращение же Феофановой в Феофаинову, а Паломова в Паламова только дополняет общую картину.

Историк высказал мнение, что нельзя оставить памятник в таком виде.

— Мемориал изначально был спроектирован с учётом объединения в этом месте нескольких братских могил разных исторических периодов. Раньше этот момент был логично обозначен. Теперь это нарушено. Нужно исправлять.

***

— Я был поражён, когда узнал об этой ситуации, — говорит коренной житель Белгорода, краевед Сергей Петров, — девять местных деятелей революции, ушедших в лучший мир задолго до событий Великой Отечественной войны, — это люди, истории которых хорошо известны. Ни об одном их них нельзя сказать «воинское звание неизвестно». Например, поляк Озембловский, осевший в Белгороде с началом Первой мировой войны, был очень даже известным большевиком, впоследствии начальником Курской ЧК. При наступлении Деникина бежал, под Харьковом его узнал белый офицер, которого он пытал. Вместе с женой он был повешен. Сейчас Озембловский стал «партизаном», а его жене неведомые горе-реконструкторы памятника произвольно присвоили звание «рядовая». Саенко — начальник белгородской милиции, брат печально известного кровавого палача и садиста Степана Саенко, собственноручно зарубившего многих белгородцев... Когда в середине 50-х годов ставили памятник, сделали всё грамотно: фамилии погибших в годину Гражданской войны девяти большевиков расположил отдельно с тыльной стороны на отдельной плите, указав рядом год — 1917-й. Будучи местными руководителями коммунистов — партии, отменившей все титулы, чины и звания, они не имели и не могли иметь воинских званий. Теперь провели реконструкцию, которую обязана проводить специализированная организация, а не абы кто, и большевиков смешали с участниками Великой Отечественной войны. Более того, им приписали несуществующие звания — это полнейший бред! Изувечили памятник и извратили весь его смысл. Это преступление. Похоже на то, как сейчас закрыли бы Мавзолей, и при его проведении добавили подпись: «Воинское звание неизвестно. Ленин». Это то же самое.

— Получилась в чистом виде фальсификация истории — то, с чем призывают бороться на самом высоком уровне. К тому же, после всех произведённых с плитами действий там даже буквы в некоторых надписях стали кривыми. Таким случаем должна заниматься прокуратура, памятник архитектуры превращён в памятник головотяпству. Безграмотные строители сделали, как им казалось «как лучше». Но кто-то из чиновников принял же эту псевдоработу! Горе-работу, на которую потрачены немалые бюджетные средства! Людей, причастных к реконструкции и тому, что в итоге получилось, нужно наказать. Они просто угробили памятник архитектуры. Считаю, что всё немедленно нужно приводить в прежний вид. Если этого сейчас не сделать, информация выйдет на федеральный уровень. Это возмутительнейшая ситуация, позор и головотяпство.

***

Мы отправили запрос в управление культуры городской администрации, где задали несколько вопросов, касающихся изменений, произошедших в ходе реконструкции мемориального комплекса. В частности, мы спросили, кто отвечал за реконструкцию памятника, сколько денег потрачено на это, и из каких источников они были выделены. На эти вопросы ответа мы не получили.

Также мы поинтересовались, на каком основании фамилии большевиков стали располагаться на разных плитах, на каком основании возле фамилий большевиков появились воинские звания, почему в некоторых фамилиях допущены ошибки и есть ли какой-то документ, согласно которому было принято решение о появлении дополнительных надписей, указывающих воинские звания.

Начальник управления культуры городской администрации Андрей Колесников в ответе на запрос предоставил нам следующую информацию:

«...органы военного управления (военкоматы) ведут учёт погибших воинов, захороненных в братских могилах, а также работу по установлению сведений о погибших и пропавших без вести. В результате этой работы в администрацию г. Белгорода (управление культуры администрации города) поступают уточнённые сведения для внесения изменений, дополнений на мемориальные плиты братских могил.
В соответствии с учётной карточкой воинского захоронения в могиле захоронено 168 военнослужащих и один партизан. Указание званий военнослужащих является результатом кропотливой работы по увековечению памяти погибших. Поэтому при реконструкции для всех захороненных в братской могиле были указаны их известные воинские звания. В ходе реконструкции памятника в соответствии с уточнёнными сведениями были исправлены ошибки в фамилиях, инициалах и воинских званиях.
В целях оптимального размещения фамилий на плитах, фамилии были перераспределены на разных плитах».

Начальник отделения по работе с гражданами областного военкомата Сергей Кладченко в телефонном разговоре рассказал, что при взаимодействии с администрацией была проведена сверка по поводу захороненных в братской могиле.

— В 2014 году совместными усилиями областного военного комиссариата и управления культуры Белгородской области была проведена паспортизация воинских захоронений. Она проводилась по всей стране для уточнения сведений о воинских захоронениях. Учёт ведут отделы военного комиссариата области. По алфавитным карточкам погибших они значится так, как там сейчас, после реконструкции, написано. Озембловский, например, значится как борец за советскую власть Советов, в скобочках — партизан. Эти карточки составлены в 1992 году. А по Озембловскому карточка датирована 1968 годом. Мы руководствуемся только архивными документами. Если до реконструкции эти сведения не были указаны на плитах, эти вопросы можно адресовать в управление культуры. По поводу статуса «воинское звание неизвестно» тоже принимает решение управление культуры, то же относится к обустройству, оформлению плит. Они за это отвечают и принимают окончательное решение.

— Мы ведём только учёт и не можем вносить в карточки изменения. Параллельно учёт ведёт и управление культуры. Возможно, нам не сообщили какие-то сведения в своё время. Мы не знали, что они были большевиками, у нас не было этих данных. Там нет дат гибели этих людей, написано место похорон — город Белгород, площадь Революции. У нас нет отдельных карточек большевиков и участников Великой Отечественной войны. Мы просто знаем, что в этом захоронении есть перечисленные лица.
— В карточках же указано именно такое написание фамилий: Феофаинова и Паламов-Мальский. Если есть документы, подтверждающие личности этих людей, нужно предоставить их в военный комиссариат по городу Белгороду. Чтобы мы узнали, надо какой-то архивный источник. Если будут подтверждающие архивные документы, мы, конечно, внесём изменения.
Вероника Малова
Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости