Губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков заявил, что покинувшие Белгород из-за обстрелов люди могут возвращаться домой. Повременить стоит только тем, кто уехал из приграничных населённых пунктов. Однако, несмотря на заверения главы региона, многие белгородцы предпочитают подождать с возвращением. С некоторыми из них пообщались журналисты издательства «Коммерсантъ».
ПВР в Воронежской области организовали в санатории имени Цюрупы в 100 километрах от Воронежа и в четырёх часах езды на машине от Белгорода. Раньше здесь была усадьба помещика Звягинцева, и за долгие годы промышленные предприятия не успели подобраться к этому месту. Администрация санатория рассказывает, что их здравница рассчитана на 500 человек, и впервые ПВР здесь открыли в октябре 2022 года для беженцев из Харьковской области. В марте этого года там разместились около 40 жителей Белгорода.
Анна Попова рассказывает, что приехала в ПВР только из-за своей дочери Александры. Сейчас ребёнок может спокойно гулять и ходить в школу неподалёку от санатория:
— Школы и бассейны закрыты, гулять невозможно. Хочется для ребенка нормального детства. В школе адаптация прошла так, как будто дочь там всегда была. Ее представили детям и приняли прекрасно. Малыши осваиваются очень быстро, — рассказывает Анна.
У женщины в городе остался супруг, но она решила ещё немного повременить с возвращением, чтобы не подвергать опасности ребёнка.
Друга жительница ПВР, Ольга Веникова, приехала из Белгорода с двумя детьми. По её словам, условия в пункте временного размещения отлично подходят для отдыха, но не для полноценной жизни.
— Мы из большого, развивающегося, современного города. Нас привезли в санаторий, условия которого для отдыха прекрасны, но для возобновления социальной жизни — совсем не то, что нужно. В Белгороде сын-дошкольник кроме садика посещал дополнительные занятия — плавание, футбол, дзюдо. Здесь я на своем автомобиле вожу его только в садик, а дополнительного образования для младших детей нет. У нас есть ипотеки и ЖКХ, которые надо оплачивать. Мне хотелось бы выйти на работу, у меня два высших образования. Если бы нас поселили ближе к городу-миллионнику Воронежу, то мы бы и себя реализовали, и могли бы дать детям больше возможностей, — утверждает Ольга.
Сейчас воронежские власти думают над возможностью переселения белгородских граждан из ПВР в полноценные квартиры. По их мнению, это улучшит качество жизни людей и сократит бюджетные расходы.
— Граждане не могут вести свой быт в пределах одной комнаты. Детям нужно учиться, взрослым надо работать. Что говорить, в ПВР завтрак, обед и ужин по предложенному меню. Все им довольны, оно вкусное и разнообразное — но не такое, как дома. Например, в ПВР проживает семья из трех человек — и по каждому финансирование идет отдельно. А когда они поселятся в одну квартиру, траты на проживание уменьшатся, — рассказывает замглавы городского управления развития предпринимательства, потребительского рынка и инновационной политики Юлия Галкина.
Чтобы расселить людей по квартирам, власти должны заключить с собственниками жилья контракты на аренду. После анализа рынка недвижимости воронежская администрация готова платить за аренду однокомнатной квартиры до 41 тысячи рублей, за двухкомнатную — до 59 тысяч рублей, а за трехкомнатную — до 71 тысячи рублей. Выразили желание сдать жильё белгородцам уже около 60 собственников.
