«Один человек на сцене». Комик Илья Якямсев о том, как делать стендап в регионах и переехать в Москву в 40 лет

Илья Якямсев – комик с длинной и интересной историей. Он начал заниматься стендапом ещё до того, как этот жанр стал популярным и до появления одноименной программы на ТНТ. Илья долгое время развивал юмор в Самаре, а теперь перебрался в Москву. Кроме того, он делает Youtube-канал «МятаМята», где освещает новости российского юмора.

Фото Татьяны Ефимкинов из личного архива Ильи Якямсева

На концерте в Белгороде, который прошёл 1 марта, комик рассказывал о переезде в Москву, отношениях с женой, воспитании детей. Внештатный корреспондент «Фонаря» Мила Витива поговорила с Ильёй Якямсевым и узнала, как он совмещает в своей жизни роль отца, начальника и стендапера.

Юмористический вечер

— Как ты занялся стендапом?

— Это было совершенно случайно. Я посмотрел Comedy Club, выяснил, что такое же место есть у нас в городе, пришёл туда выступать. Меня не взяли, но предложили стать автором. Я писал много, очень просился на сцену. В результате начал писать коротенькие шутки и поехал на «Смех без правил» на ТНТ. На «Смехе без правил» всё прошло плохо. Дело в том, что я был ещё не опытный выступающий. Я вернулся расстроенный и начал искать в интернете: как один человек на сцене выступает с шутками. Тогда я нашёл стендап и влюбился.

Мы не понимали, с какого угла подступиться к этому жанру. Меня сразу выгнали из самарского Comedy Club, потому что тогда был принят формат «10 шуток про ...», а тут я предлагаю совершенно другую форму. Потом был большой перерыв. Я смотрел выступления западных комиков, переводил всю информацию о стендапе, которую находил. И это была моя большая глупость, потому что во всех книгах было написано: «Организуйте открытые микрофоны». А мы сами не начинали этого делать.

У меня была работа, по которой мне надо было ездить в Москву, и я начал выступать на открытых микрофонах там. Параллельно я вёл какой-то блог: сперва я переводил западных комиков, потом какие-то советы. Потом и сам начал выступать. В Самаре мы договорились делать это постоянно — вчетвером. Тогда это было серьёзное решение: никто не знал слово «стендап», ещё не существовало такой телепрограммы. Нам приходилось дописывать в скобках «юмористический вечер». Никто не приходил, поэтому мы редко где-то выступали второй раз. Но со временем получалось всё лучше и лучше.

— Какой момент в своём творческом пути ты считаешь самым сложным?

— Сложно снова начать после нескольких поражений на телевидении. Меня туда с охотой брали, но потом сразу выкидывали. Для меня это всегда было очень странно, потому что везде, где я ездил, люди очень смеялись над тем, что я делаю. В последний раз, когда я сходил на ТНТ на «Открытый микрофон», я потом долго вообще не писал. Я остановился, думал, что же случилось. Наверно, это было правильно. Но начать заново было трудно. Без меня ещё в Самаре перестали проводиться мероприятия. Я начал снова открытые микрофоны организовывать. Поскольку некому было выступать, сам начал это делать и обратно втянулся.

— Как ты убедил себя в тот момент, что надо возвращаться?

— Тогда мне было плохо, а без стендапа ещё хуже. Подумал, пусть хоть это будет в жизни.

Жена всегда права

— Ты переехал в Москву. В зрелом возрасте сложнее или проще переезжать?

— Сложнее. Во-первых, потому что ты не перспективный молодой специалист, который готов есть немного и довольствоваться малым. К тому же, людей после 40 достаточно тяжело берут на работу. У меня был забавный момент. Мне было 39 лет, когда я переехал. И прям при мне сказали: «Вы помните, что резюме людей после сорока не берём». А у меня завтра День рождения. И меня через полмесяца уволили с этой должности, кстати. А ещё в 40 ты понимаешь, что не на всё уже согласен.

Но плюс переезда в зрелом возрасте состоит в том, что ты можешь обустраивать любое место, где живёшь. Ты знаешь, как всё это отмыть, отремонтировать. Я жил с двумя парнями и починил им всё в квартире. Когда хозяин пришёл через месяц, то не узнал квартиру. Думал, мы ремонт сделали. Так что с житейской точки зрения как-то даже попроще. Кроме того, ты понимаешь, что у тебя есть определённый уровень потребления: ты не покупаешь вещи дороже определённой стоимости. Я смотрел, что мои соседи старались покупать всё более дорогие вещи, а я нет. Поэтому с деньгами у меня всё было гораздо ровнее.

Но сложнее всего оставлять детей и жену. Я только через год и два месяца перевёз их в Москву. Разлука была тяжёлой. Я редко достаточно приезжал. Дочь у меня взрослая, и жена не справлялась, она тоже работала. Ну, вроде сейчас соединились, и всё нормально.

— Ты переехал из-за основной работы. Стоит ли переезжать ради стендапа? Или лучше поднимать уровень творчества в регионах?

Фото Милы Витивой

— Что хорошо в провинции, ты тут сколько тебе надо, столько и делаешь. Всё зависит только от тебя. Кроме того, провинции удобно то, что кроме тебя вообще никто этим не занимается. Ты со временем можешь стать королём всего: привозить большие, маленькие концерты, вести бизнес. В маленьком городе удобно быть монополистом. Но в маленьком городе вообще намного меньше людей с уровнем достатка, позволяющим покупать у тебя билеты на концерты более-менее регулярно. Поэтому гораздо ниже стоимость билетов, меньше оплачиваемых выступлений. Но крутиться можно. Если ты ещё пытаешься вести музыкальные вечеринки, квизы... Достаточно много стендаперов этим живёт. Я пытался так жить год. В результате это принесло большие проблемы в семью, потому что денег я не приносил.

А когда ты переезжаешь в Москву, то у тебя есть больше возможностей чем-то заниматься. Но надо понимать, что первый год-полтора тебе придётся просто выживать. Мой выбор: работать где-то и выступать. Мне предлагают уже организовывать, вести мероприятия, но пока что эти предложения гораздо ниже, чем моя специализация мне приносит. Кроме того, если ты занимаешься только стендапом, ты очень сильно завязан на какие-то отношения. Мне очень понравилась фраза из одного интервью: «В региональном городе ты должен сам придумывать себе дело». В Москве ты можешь просто присоединиться к поезду.

— Но ты рассматриваешь вероятность того, что в будущем будешь зарабатывать только стендапом?

— Я уверен, что это будет не только стендап. Комиков, которые занимаются только этим, по пальцам пересчитать. Обычно они делают много разных вещей: стендапы, подкасты, видео-блоги, пишут кому-то. Я бы назвал это «жизнь комика»: ты применяешь комедию во многих местах. Есть такая легенда, что жил один мальчик, и у него получилось заниматься только стендапом. Но я такого ни разу не видел.

— Ты рассказываешь на своём канале, что работаешь до 19 часов, потом сразу едешь на выступления, приезжаешь домой и записываешь видео. Как в такой напряжённый график встраивается семья?

— Трудно. Поэтому я не каждый день езжу на выступления. У меня бывают два или три дня в неделю, когда я занимаюсь домашними делами. Мой главный приоритет — семья. У меня очень терпеливая жена, которая через много лет поняла, как сбалансировать все аспекты нашей жизни. Семья меня поддерживает. Мы долго согласовывали, как они это видят. Просто моя жена выходила за подающего надежды инженера/бизнесмена, а получилось так, что живёт с менеджером/стендап-комиком. Нужно пережить, что люди меняются. Мы 25 лет вместе. И у нас было многое: много разговоров, много непонимания. Иногда мне прям в лицо говорят: «Илья, что-то ты в семье не дорабатываешь». В субботу я стараюсь с ребёнком проводить весь день. Вчера, правда, уехал на интервью днём. Зато весь вечер чинил унитаз. Так семейная жизнь и выглядит.

— Как твоя дочь относится к стендапу?

— Ей это малоинтересно. Ей иногда говорят знакомые, но на неё производят впечатление только появление в телевизоре. Так как мои выступления для специфической аудитории, подкасты тоже слушают не все, на неё это не влияет. Она занимается графикой, готовится стать дизайнером. Ей это больше интересно. Хотя, когда я ей показывал выступления, говорила, что это очень смешно.

— Ты показываешь близким шутки?

— Да. Более того, они сами смотрят уже после записи. Мы договорились, чтоб друг друга не раздражать, что моя жена не ходит на мои открытые микрофоны. Она просто смотрит то, что я записал в конце. И у нас есть некоторые ограничения. Например, у меня в стендапе жена всегда права. И я никогда не описываю наши взаимоотношения в более подробном ключе. Просто, когда я первый раз выложил своё выступление, мне пришлось его вынуть из интернета, перемонтировать и положить обратно. Мы две недели просто ругались беспрерывно. А потом мы достигли соглашения, и дальше пошло нормально. Но меня это не напрягает. Жена мне дороже, чем стендап.

— Что она сказала про сольный концерт «Домашняя дичь»?

— Всем понравилось. Как обычно, мне сказали: «Матерился бы ты поменьше». Но в целом посмеялись. Она с подругами очень долго обсуждала. Но я не стал спрашивать, что именно.

Фото из личного архива Ильи Якямсева

Первое и последнее слово

— Ты совмещаешь семью, работу и стендап. В какой-то момент усталость и апатия накатывает? Как ты с этим борешься?

— Да, конечно. Это очень тяжело. Я стараюсь нормально спать. Потому что это лучший отдых. Сейчас я стараюсь заниматься здоровьем. Я понимаю, как вести такой образ жизни лет в 20, но с трудом могу понять, как делать это в 40. Мне приходится много передвигаться. Но сейчас есть плюс — денег больше, и я могу пользоваться более дорогим транспортом. К примеру, если я устал, то беру каршеринг. Если бы я был победнее, то ехал бы на электричке, и это было бы ещё тяжелее. Кроме того, я всегда планирую свой отдых, и это очень важная часть моей жизни. Я в одно время перестарался с таким образом жизни и надорвался морально. Больше не хочу.

— Твой стендап и работа пересекаются? Твои коллеги знают, кто ты в юморе?

— Все люди, с которыми я работаю, видели мои выступления. Им нравится. Но мы договорились с работодателем, что в стендапе нет моей работы. И я согласен, мне она нравится. Не вижу, над чем там шутить. Кроме того, по своей специальности я записал большую лекцию про техническое состояние, и она разошлась гораздо лучше и шире, чем стендап. Именно с этой лекции я получаю больше всего комплиментов от незнакомых людей. Но подготовить эту лекцию мне сильно помог стендап. Я знал, не только, что говорить, а ещё и как это делать. А ещё опыт публичных выступлений помогает лучше объяснять, что происходит. Я этим каждый день занимаюсь как руководитель.

— Получается, у тебя много запретов по темам?

— Мне с этим нормально. Мне есть над чем подумать внутри этих границ.

— Какие у тебя цели на ближайшее время? Куда ты двигаешься как в стендапе, так и вообще в жизни?

— Я хочу научиться писать. Я комик, который всё делает на сцене. Я всю жизнь записывал только первое и последнее слово шутки. А между ними: что скажу, то и скажу. Мой первый концерт не был написан на бумаге. Сейчас я активно работаю над тем, чтобы совмещать написанный текст с тем, что у меня в голове. Ещё я стараюсь работать с соавторами-редакторами. Я понимаю, что коллективное творчество может принести больше. У меня сейчас появилась возможность оплачивать это дело. Я не люблю, когда человек бесплатно работает, потому что сам много бесплатно работал. Сейчас я только начал писать второй концерт. Он ещё в зачаточном состоянии. Но я очень хочу, чтобы в итоге мой концерт был более ярко выражен как история.

А ещё я хочу понять, где я нахожусь сейчас. Я очень любил Самару. Но моя история с Самарой прекратилась. К Королёву, где я сейчас живу, мне нужно ещё привыкнуть. Я не могу без большой реки и скучаю по Волге. Пока всё идёт нормально, но иногда появляются ностальгические нотки: «Хочу назад». Но я думаю, мы будем укрепляться в Москве. И ещё мне нужно помочь дочери поступить. Сейчас наша основная семейная цель — поступление дочери в институт.

Мила Витива

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости