«Это бросит тень на всех остальных волонтёров». Юлия Немчинова отреагировала на критику в свой адрес в Telegram

Валерия Кайдалова пообщалась с руководительницей «Центра помощи Юлии Немчиновой» о её конфликте с другим волонтёром Евгением Бакало. Этому предшествовали появившиеся в Telegram обвинения Юлии в нарушении закона. Рассказываем, как девушка отреагировала на неожиданные публикации о её работе, почему она считает их дискредитацией всего волонтёрского движения региона и что заставило её обратиться с заявлениями в суд и полицию.

«Я вижу в этом ужасную зависть и злобу»

В начале ноябре белгородский волонтёр Евгений Бакало опубликовал сообщение в группе помощи украинским беженцам «Десятый круг» о другом волонтёре Юлии Немчиновой. Он обвинил Юлю в «отмывании денег для харьковской ВГА», мошенничестве, «распространении сектантской литературы», «отрицании государственной символики» и других вещах. Ещё Бакало предложил отменить конкурс «Мы вместе», в финал которого прошла Юлия.

Конфликт между Бакало и Немчиновой возник не сейчас. Раньше группу помощи «Десятый круг» возглавляла сама Юлия Немчинова, однако после конфликта с Евгением её удалили из всех чатов группы и фактически исключили из неё.

Корреспондентка «Фонаря» попросила Немчинову прокомментировать обвинения, выдвинутые Бакало. Волонтёр связывает публикацию поста бывшего коллеги с её попаданием в финал конкурса «Мы вместе» и личными мотивами.

Юлия Немчинова, фото «Центра помощи Юлии Немчиновой»

— В посте он просто пишет откровенную клевету. Многие вещи, которые были известны ему в том или ином виде, он настолько перекручивал и настолько обвинительно преподносил, что это стало для меня шоком. Он заявил, что фактически я совершала уголовные преступления, участвовала в краже, мошенничестве, создании секты и даже шпионаже и госизмене. Когда я увидела этот пост, я подумала, что в нём видна ужасная зависть и злоба, и Евгений написал его, чтобы подорвать доверие людей, которые помогают мне. Он требовал отменить конкурс «Мы вместе». Видимо, его настолько сильно зацепило моё попадание в финал, что он написал кучу гадостей, — предположила Юлия.

Немчинова отрицает любые обвинения Бакало в нарушении российских законов (госизмену, шпионаж и мошенничество — прим. Ф.). Юлия заверила, что никогда не продавала гуманитарную помощь в харьковском Купянске и, более того, не пересекала границу России с Украиной до сентября 2022 года.

— В первый раз я пересекла границу на КПП «Логачёвка», когда мы раздавали людям чай и кофе (Юлия упоминает ситуацию, когда после так называемого украинского контрнаступления в 2023 году на российско-украинской границе образовалась очередь из беженцев. Мы делали репортаж об этом — прим. Ф.). Дальше 500 метров мы вообще не заходили, — объяснила Юлия.

Девушка отрицает любую связь со спецслужбами на Украине и обвинения в шпионаже.

— Мой муж действительно оказался в Харькове перед началом СВО, потому что у него умирал отец, который скончался 25 февраля 2022 года. Он приехал проститься с отцом, он не отходил от его кровати. Я не понимаю, как можно было эту ситуацию так преподнести, будто мой муж поехал встречаться с СБУ, — недоумевает волонтёр.

Наличие специального счёта, на который с июня 2022 года по январь 2023 года поступило чуть больше миллиона рублей, Юлия не отрицает, однако, по её словам, она не тратила эти деньги на свои нужды, а направляла их на гуманитарную помощь беженцам. В доказательство она показывает чеки, подтверждающие покупку гуманитарной помощи. Деньги она действительно переводила на свою карту, однако лишь потому, что с самого спецсчёта их снять было нельзя.

Первоначально Немчинова не планировала реагировать на публикацию о себе. Но позже, 6 ноября, в одном из закрытых анонимных Telegram-каналов появился ещё один пост с якобы разоблачением Юлии, написанный на основе публикации Евгения Бакало.

— Там было такое написано, что у меня волосы встали дыбом. Одно дело, когда Бакало у себя в канале пишет, а другое дело, когда это всё появляется в региональном канале с 24 тысячами подписчиков. После этого сообщения я решила, что подобные заявления нужно однозначно пресекать, и с ними надо бороться, — высказала мнение Юлия Немчинова.

Девушка обратилась к юристам и подготовила несколько заявлений в полицию и суд. Полицейских она попросила возбудить на Бакало уголовное дело по части второй статьи 128.1 Уголовного кодекса России (клевета, совершённая публично с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет» — прим. Ф.). По этой статье может грозить штраф до миллиона рублей, либо даже лишение свободы сроком до двух лет. Ещё волонтёр хочет привлечь Евгения Бакало к ответственности через суд по статье 152-й Гражданского кодекса России («Защита чести, достоинства и деловой репутации» — прим. Ф.). Если суд в итоге признает Бакало виновным, Немчинова сможет потребовать от него моральную компенсацию, а также публичное опровержение его заявлений.

Евгений Бакало, фото Алёны Черепановой, belpressa.ru

— Я прошу закон защитить меня, по сути заставить Бакало удалить всё, что он написал, и принести публично извинения и написать опровержение. Я хочу, чтобы всё было публично, чтобы люди услышали и меня, и его обоснования. Я прошу о моральной компенсации, потому что вся эта ситуация очень сильно ударила по мне и моей нервной системе. Я обратилась к психологу, в поликлинику, и впервые за последние 20 лет у меня начались проблемы со здоровьем, — поделилась Юлия.

Доказательством своей правоты Юлия считает и то, что несмотря на обвинения в её сторону в мошенничестве и других уголовных преступлений, Бакало не обращался ни в суд, ни в полицию.

— Я сама пришла в полицию и говорю: «Проверяйте меня, если нужно». Я не хочу, чтобы весь этот конфликт выходил в плоскость каких-то разборок, я не хочу переходить на личности, я не хочу перегавкиваться. Это в первую очередь унижает меня. Я обращаюсь к закону. Пусть правоохранительные органы и суд подробно разберутся и защитят меня, — рассказала Немчинова.

«Это может бросить тень не только на меня»

Волонтёр признаётся, что публикации её бывшего коллеги напрямую повлияли на её добровольческую деятельность. Это тоже стало одной из причин её обращения в суд.

— Большинство людей, которые могут увидеть эту статью, досконально не будут разбираться. Они увидели, что есть информация такого содержания, и, возможно, просто перестанут помогать и даже ничего не скажут об этом. Я вижу за эти десять дней значительный спад пожертвований, и соответственно мы тоже сейчас не можем помогать тем, кому помогаем, — продолжает Юлия.

Среди подопечных фонда «Центр помощи Юлии Немчиновой» есть дети с инвалидностью, взрослые люди с особенностями развития, беременные женщины, пенсионеры. Помощь всем им тоже вынужденно ограничилась из-за публичного конфликта. При этом, по словам Немчиновой, только за полтора года ей и другим сотрудничающим с ней волонтёрам удалось помочь более 42 тысячам украинских беженцев.

Фото: личный архив Юлии Немчиновой

— Кроме того, осень — это время написания заявок на гранты и субсидии, и те проекты, которые мы подаём на 2024 год по разным направлениям, тоже могут не получить поддержку из-за этих публикаций, — предположила Юлия.

Девушка считает, что подобные публичные конфликты волонтёров могут дискредитировать всё волонтёрское движение области.

— Это дискредитирует не только конкретно меня, но и всех остальных [волонтёров]. Люди, которые увидят подобное, не будут разбираться, правда это или нет. Они подумают: «Если один такой волонтёр есть, значит и все они там воруют». Человек может вообще перестать помогать кому-либо. Сейчас для волонтёрства и так сложный период. За такое большое количество времени [с начала СВО] люди устали, поступления значительно сократились, и, если раньше вообще не было проблемой собрать деньги на какую-то необходимую вещь, то сейчас мы собираем всё по копейке, и это очень сложно. Такая публикация неважно о ком может остановить в помощи очень многих людей, — пояснила свою позицию Юлия Немчинова.

«Я понимаю, что со мной может что-то случиться»

Юлию Немчинову и Евгения Бакало связывает давний конфликт. Кроме того, что он отобрал у неё доступ к чатам волонтёрского объединения «Десятый круг», Бакало также якобы поучаствовал, по словам Юлии, в захвате помещений её второго проекта «Путь в будущее». Сама Юлия тоже критикует волонтёрскую деятельность Евгения Бакало.

— Ты обвиняешь меня в каких-то кражах и проступках, так встань рядом и сделай что-то. Где же ты был всё это время? Почему тебя рядом не было? Почему ты появляешься тогда, когда видишь мои успехи и достижения? Встань рядом и покажи, что ты сделал, и пройди мой путь. Поехали со мной в Харьковскую область под обстрелами отвезём гуманитарку пару раз. У меня возникает вопрос, кто здесь настоящий шпион и кто здесь дискредитирует волонтёрское движение и с какой целью? — обращается к Евгению Юлия.

После публикации обвинительного поста в анонимном телеграм-канале Юлия связалась с его администраторами, предоставила подтверждение своих слов, чтобы они выложили опровержение первой публикации. В новом посте авторы телеграм-канала выдвинули предположение, что волонтёр Евгений Бакало и блогер, член Общественной палаты Белгородской области Вадим Радченко якобы могли потратить деньги, перечисленные на счёт фонда «Путь в будущее» на свои личные нужды (публично данное заявление оба упомянутых лица не комментировали — прим. Ф.).

— Куда тратились эти деньги, мне достоверно неизвестно, но за весь этот период я не видела, чтобы людям выдавалось то, что на складах лежало в нужном количестве. Когда мы этим занимались, я выдавала 600 чайников, и у меня весь город был с чайниками. Беженцы — это одни и те же люди, они всегда на глазах друг у друга. Я перестала видеть, чтобы людям в таком количестве, как раньше, выдавали чайники, постельное белье или сушилки для белья. Хотя я всё это завозила на склады и разгружала. То, что касается денег, то лекарства, которые они выдали, точно были не на сумму в 5 миллионов рублей [которую перечислили как целевое пожертвование]. Да, что-то выдавалось, но где остальные деньги — мне неизвестно, — рассказала Юлия.

Волонтёр добавляет, что ей сообщали, что некая родственница Бакало или Радченко якобы открыла салон красоты, и часть денег, предназначенных для покупки лекарств, могли потратить на оборудование для этого салона (официально эту информацию не комментировали ни Бакало, ни Радченко — прим. Ф.).

По словам Юлии, Евгений Бакало с недавних пор стал публично заявлять, что фонд «Путь в будущее» стал отвозить гуманитарную помощь в Северодонецк. Однако волонтёр уверена, что руководитель фонда не имел права это делать.

— У них юридическое ограничение: они имеют право раздавать гуманитарную помощь только в Белгородской области. Я говорила людям: «Это ваша помощь, это не для Северодонецка. Они вообще не имеют право вывозить гуманитарный груз за пределы региона. Вам нужно прийти и взять вашу гуманитарку». Данных о том, что кто-то в Северодонецке массово получал гуманитарную помощь, у меня тоже нет. Я интересовалась этим у людей оттуда, — пояснила Немчинова.

Северодонецк — маленький город, поэтому большая раздача гуманитарной помощи, по мнению девушки, не могла остаться незамеченной.

Юлия признаётся, что после публикации опровержения в анонимном канале она начала бояться за свою жизнь. Она поделилась своим страхом в чате своего фонда и призналась, что до сих пор опасается за свою жизнь.

— Я понимаю, что это действительно серьёзные вещи, которые вышли в публичный доступ, я этого делать не просила. Я посчитала, что это действительно может угрожать мне. Прямых угроз мне не поступало. Мне никто не звонил, не говорил, но, зная этих людей, зная их суть, я понимаю, что со мной в любой момент может что-то случиться, — поделилась Юлия.
Валерия Кайдалова

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Белгородские волонтёры объявили большой сбор помощи для эвакуированных, раненых и животных

Белгородские волонтёры объявили большой сбор помощи для эвакуированных, раненых и животных

​В Белгороде порезали колёса машины волонтёров фонда «Русский порядок»

​В Белгороде порезали колёса машины волонтёров фонда «Русский порядок»

Помогавшего беженцам шебекинского волонтёра арестовали из-за найденной на огороде гранаты

Помогавшего беженцам шебекинского волонтёра арестовали из-за найденной на огороде гранаты

«О военных думали в последнюю очередь». Белгородские волонтёры написали донос на Жанну Басанскую, которая помогает российским военным

«О военных думали в последнюю очередь». Белгородские волонтёры написали донос на Жанну Басанскую, которая помогает российским военным

​Больше тысячи человек из Харьковской области стоят в очереди на границе Белгородской области

​Больше тысячи человек из Харьковской области стоят в очереди на границе Белгородской области

«Люди поверили, что Россия здесь навсегда». Эксклюзивный репортаж из контрольно-пропускного пункта в валуйской Логачёвке

«Люди поверили, что Россия здесь навсегда». Эксклюзивный репортаж из контрольно-пропускного пункта в валуйской Логачёвке

Белгородские волонтёры стали сами шить бронежилеты, чтобы помочь военным

Белгородские волонтёры стали сами шить бронежилеты, чтобы помочь военным

ЦИПсО, «Синий кит» и Летающий макаронный монстр. Историк религии рассказал белгородцам, «для чего Россия ***** [проводит СВО] на Украине»

ЦИПсО, «Синий кит» и Летающий макаронный монстр. Историк религии рассказал белгородцам, «для чего Россия ***** [проводит СВО] на Украине»

«Готов боец ли нет — нужно проверить на поле боя». Как тренируются добровольцы белгородской теробороны

«Готов боец ли нет — нужно проверить на поле боя». Как тренируются добровольцы белгородской теробороны

В Белгородской области российские паспорта за год получили более 7 тысяч украинцев

В Белгородской области российские паспорта за год получили более 7 тысяч украинцев