«До меня практически ничего не доходит»
В Белгороде началось рассмотрение в суде дела против экс-директора БИКа и бывшего мэра Белгорода Антона Иванова. В начале заседания в Свердловском районном суде адвокат обвиняемого ходатайствовал об отложении заседания «на основании большого объёма уголовного дела», с которым он не успел познакомиться. Обвиняемый поддержал ходатайство защитника.
— Мне не были созданы условия, чтобы я надлежащим образом смог ознакомиться с материалами дела и вещественными доказательствами. Меня вывозили всего три дня по два часа максимум [для ознакомления с делом]. В один день вообще не было вещественных доказательств, Следственный комитет не передал. [Когда] меня вывозят из СИЗО, на поездку уходит от четырёх до шести часов. Материальное техническое обеспечение не очень хорошее. Файлы нельзя посмотреть. Я не смог надлежащим образом ознакомиться с вещественными доказательствами и материалами дела, — высказался Антон Иванов.
При этом, по словам Иванова, часть вещественных доказательств, в частности телефоны, на исследование так и не предоставили.
— Они были просто вскрыты, но нам не дали возможности изучить их, посмотреть, и вообще было очень тяжело удостовериться, что это было то вещественное доказательство, которое было изъято в ходе следствия, — добавил обвиняемый.
По мнению Иванова ещё на стадии следствия «следователь умышленно лишил его права ознакомиться с материалами дела», поэтому сейчас он «просит суд дать возможность завершить с адвокатом осмотр вещественных доказательств».
Антон Иванов, фото из архива обвиняемого
— Из-за того, что меня все три дня вывозили ради полутора часов, и я весь день отсутствовал в следственном изоляторе, я не мог встретиться со своим адвокатом, чтобы дальше обсуждать материалы дела. Мой адвокат не ознакомился со всем объёмом материалов, и чтобы обсуждать с ним линию защиты, ему всё-таки необходимо ознакомиться с материалом, — заявил суду Иванов.
Прокурор Вера Струкова ходатайствовала против отложения судебного заседания. Защитник потерпевшей стороны также поддержал прокурора.
Судья отклонил ходатайство стороны защиты, поэтому судебное заседание продолжилось. Далее судья сообщил, что по почте в суд через канцелярию поступило исковое заявление от заместителя прокурора Белгородской области. Он уточнил, знает ли о нём Вера Струкова. Прокурор сообщила, что знакома с документом и намерена его обосновывать во время судебного процесса. С чем связан этот иск, — пока неизвестно, так как его подробности не стали озвучивать.
— Изначально в рамках расследования уголовного дела данное заявление не подавалось. Оно было подано уже в настоящее время, — добавила прокурор.
Вера Струкова уведомила суд, что ответчику заявление было отправлено и доставлено.
— Нет, конечно, оно ко мне не поступало, потому что до меня практически ничего не доходит, — возразил ей Антон Иванов.
Судья решил позже вернуться к этому вопросу.
Выгода в полмиллиарда и взятки на сумму около 4 миллионов рублей
Гособвинитель зачитала Антону Иванову обвинения в «умышленном тяжком и особо тяжком преступлении против государственной власти». Так, по версии следствия, в то время когда Антон Иванов руководит БИКом, у него «сформировался умысел на получение взяток и незаконного оказания услуг имущественного характера». С 20 по 28 февраля Антон Иванов якобы решил привлечь к своему умыслу Александра Барыбина, гендиректора компаний «ПромАгроСтрой» и «ТехСтройМонтаж».
По версии следствия, Иванов якобы предложил предпринимателю «оказывать ему общее покровительство и попустительство по службе», а также оказывать «услуги имущественного характера в особо крупном размере» в обмен на постоянные взятки в виде имущества (схожие обвинения ранее звучали в судах по делу Александра Сергиенко и Константина Полежаева, всех бывших мэров обвиняют в покровительстве предпринимателям, — прим. Ф.).
Ещё Иванову вменяют заключение с компаниями «ПромАгроСтрой» и «ТехСтройМонтаж» договоров подряда на выполнение строительно-монтажных работ и договоров займа на принадлежащие БИКу средства под минимальный процент — 6,8. Кроме того, Иванов предложил Барыбину продвижение по службе и лоббирование интересов его компаний, в том числе «решении проблемных вопросов, которые могут возникнуть во время выполнения договоров и оплаты выполненных работ».
Предприниматель на предложение Иванова согласился, «чтобы увеличить прибыль своей компании». С октября 2018 года по апрель 2021 Иванов заключил от лица БИК восемь договоров с компанией «ПромАгроСтрой» на сумму более 36 миллионов рублей, с компанией «ТехСтройМонтаж» — два договора на сумму 19 миллионов рублей, а затем ещё два договора на сумму 31 миллион рублей.
— В период с мая 2019 года Иванов, используя в совокупности авторитет занимаемой должности и сложившиеся товарищеские отношения и функции контроля при строительстве социально-значимых объектов, обеспечил директору «ТехСтройМонтаж» Барыбину заключение договоров подряда с подрядчиков в лице компании «Тисайд», гендиректором которой является Денис Гринякин (Гринякин — один из свидетелей по делу Александра Сергиенко, — прим. Ф.), — зачитала часть обвинения прокурор Вера Струкова.
Всего между «Тисайдом» и компаниями Александра Барыбина были заключены договоры подряда на сумму более 30,6 миллионов рублей.
Также, по мнению следствия, Иванов смог обеспечить Барыбину заключение госконтрактов «с помощью своевременного информирования о планируемом строительстве социально-значимых объектов в Белгородской области», в частности фельдшерско-акушерских пунктов. Иванов также якобы «заверил должностные лица департамента строительства и транспорта Белгородской области в надёжности компании „ТехСтройМонтаж“ как подрядчика». Благодаря этому Барыбин смог заключить госконтракты на строительство фельдшерско-акушерских пунктов на сумму более 80 миллионов рублей.
— Аналогичным способом Иванов обеспечил возможное участие «ПромАгроСтрой» в строительстве социально-значимых объектов на территории Белгородской области, а именно индивидуальных жилых домов для участковых уполномоченных полиции и индивидуальных жилых домов для детей-сирот, — добавила гособвинитель.
В итоге «ПромАгроСтрой» получил договоры подряда строительства жилых домов в Яковлевском и Ивнянском районе на сумму более 77 миллионов рублей.
— Также исполнительный директор БИК по указаниям Иванова заключил с «ПромАгроСтрой» договор займа под низкий процент — 6,8 процента. После истечения льготного периода пользования периода займов Иванов снова дал Коваленко указания на заключение дополнительного договора по займу — увеличение срока займа и увеличение его суммы, — зачитала следующую часть обвинения прокурор.
12 июля 2021 года БИК и заключил с Александром Барыбиным соглашение, согласно которому прекратили действие все ранее заключённые договоры на общую сумму задолженности более 33 миллионов рублей.
— Впоследствии погашения задолженностей и указанного соглашения на сумму более 58 миллионов рублей не произведено. При этом претензионной работы к компаниям не инициировалось и мер взысканий не было, — отметила гособвинитель.
В итоге Барыбин получил выгоду от сотрудничества с Ивановым на сумму более 528 миллионов рублей, а также получил в своё распоряжение средства, принадлежащие БИКу, на общую сумму более 124 миллионов рублей.
— Барыбин, в свою очередь, передал Иванову взятку в виде имущества на общую сумму более 3 миллионов рублей и незаконное оказание услуг имущественного характера на суму более 98 тысяч — всего на суму более 3,8 миллиона рублей. 28 февраля 2019 года Барыбин передал лично Иванову планшетный компьютер с аксессуарами стоимостью боле 102 тысяч рублей. 2 августа 2019 года Барыбин в салоне «Аврора Авто Белгород» передал Иванову в фактическое пользование автомобиль марки BMW 320 стоимостью более 3 миллионов рублей, которая позже была оформлена на его супругу, с которой они сейчас состоят в разводе, — перечислила вменяемые Иванову взятки прокурор Вера Струкова.
Машину Барыбин купил в лизинг через компанию СК «Факториал». Также он передал Иванову зимние шины за 164 тысячи рублей, страховку за 9 тысяч рублей и КАСКО более чем за 89 тысяч рублей. Также в числе вменяемых взяток — ультрабук Lenovo стоимостью более 159 тысяч рублей и смартфон стоимостью более 139 тысяч рублей.
Кроме того, Иванова обвиняют в продаже по заниженной стоимости участков в Таврово. Их якобы приобрела двоюродная сестре его бывшей супруги. Всего — десять участков под строительство ИЖС общей стоимостью 2 миллиона рублей вместо 4 миллионов.
Обвиняемый, по версии следствия, заключил инвестиционный договор с родственницей — двоюродная сестра экс-супруги Иванова инвестировала в строительство инженерных сетей в посёлке Таврово и Никольское. Она также передала в БИК миллион рублей — по сто тысяч рублей за каждый участок. Это намного меньше официальной цены — 260 тысяч за участок, то есть, — 2,6 миллиона за десять участков.
Не приступая к исполнению договорных обязательств, владелица участков продала земельные участки «Дирекции Юго-Западного района». По словам прокурора, это нанесло БИКу денежный ущерб на сумму 3,1 миллиона рублей.
После Иванов, как генеральный директор, подписал приказ, по которому базовая стоимость пяти земельных участков, также расположенных в Таврово, составила 700 тысяч рублей вместо 10,9 миллиона рублей. Иванов продал участки некоему предпринимателю под строительство недвижимости и проведение инженерных сетей без установления сроков и инвестиций. Строительство на земельных участках собственник так и не начал. Из-за этого БИК понесла ущерб на сумму более 5 миллионов рублей.
«Вину не признаю»
После оглашения обвинения Иванов взял слово и заявил, что не признаёт свою вину. Он сообщил, что во время следствия ему неоднократно меняли статьи обвинения, намерено затягивали расследование, а также психологически давили на него, чтобы «получить нужный результат». Приводим полную версию выступления обвиняемого Антона Иванова.
— Меня в целый год обвиняли в 286-й статье, а по окончанию следствия теперь [обвиняют] в 285-й. Нет, вину не признаю. У следствия не было цели и желания установить истину. Оно было направлено только на то, чтобы создать обвинительное заключение, чтобы оно было логичное, слаженное. По сути дела, результаты всех следственных действий — надуманные, необоснованные обвинения в мой адрес. Об этом явно свидетельствуют все злоупотребления, которые были допущены следствием, а именно затягивание следствия — более года. Второе — неоднократное — четыре раза — изменение обвинения в мой адрес. Причём каждое последующее обвинение само себя исключало.
Кроме того, следует отметить, что через четыре месяца после окончания следствия, когда мы уже начинали ознакамливаться (сохранена орфография — прим. Ф.) с материалами дела, следователь в экстренном порядке зачем-то возобновил дело и за три-четыре дня передопросил свидетелей, переделал выемки документов, о которых он знал ещё больше года назад. Выемка материалов, о которых он знал ещё в марте 2023 года, проводилась в апреле 2024года. Просто результат всех этих действий стал для нас совсем неожиданным. Во-первых, изменение по составу с 286-й статьи на 2850ю. Это принципиально другой способ доказывания и защиты. И плюс ещё по даче взятки поменялась и субъективная сторона, и объективная. Обстоятельства совершения преступления, мои мотивы — поменялось абсолютно всё. И я уверен, что цель этого — чтобы я испытывал неуверенность, нервозность в своей правоте и позиции.
Причём, как нам стало известно, следователь [составила документы якобы при участии обвиняемого]. Не буду говорить сейчас, кто конкретно это сделала, но в материалах дела выяснилось, что появились процессуальные документы, которые составлены якобы при моём присутствии, моём участии, хотя я участие в их составлении не принимал, и результатом этих документов была та нужная недостоверная информация, чтобы можно было составить обвинительное заключение.
Явно были заменены часть листов дела после перепредъявления обвинения, а также были каким-то образом на неделю исчезли документы — наши заявления, ходатайства моего защитника, в том числе которые мы передавали через канцелярию Следственного комитета и лично в руки передавали под роспись следователю. Но эти документы пропали ровно на неделю и вскрылись ровно через день, когда дело передали в прокуратуру для переподготовки обвинительного заключения.
Результатом всего этого стало то, что я был лишён права на защиту, я полторы недели без адвоката был, я был лишён права на ознакомление с материалами дела и я был лишён самого главного своего права — ходатайствовать об истребовании доказательств и предъявлении доказательств, потому что мы ранее его предъявить не могли, ведь в ходе следствия более года следователь ни разу ни одного моего довода не проверил, кроме того даже удовлетворённые наши ходатайства он вроде удовлетворял, но он их не исполнял, только что передопрашивал своего основного свидетеля более 12 раз.
Был создан протокол, в котором я якобы отказывался от всего, — и от подписей, и от вызова свидетелей, и от дачи каких-то ходатайств. В результате всего, уважаемый суд, мы имеем скоропостижное обвинительное заключение, и никто истину даже не пытался установить. Я очень надеюсь, что целью нашего будущего судебного разбирательства — будет установление истины. Мы истину эту установим. Этих преступлений я не совершал и я не виновен, — заключил обвиняемый Антон Иванов.
Затем в суде опросили представителя потерпевшей стороны — нынешнего гендиректора БИКа Павла Деревянко. В основном вопросы от прокурора относились к должностным обязанностям и полномочиям Антона Иванова на момент его работы в БИКе.
Следующее заседание по делу экс-мэра Белгорода прошло 24 июня. Однако судья перенёс его, потому что в суд не явился адвокат Антона Иванова. Он подавал ходатайство об отложении дела ещё 18 июня из-за того, что 24 июня он должен был присутствовать на другом судебном процессе. При этом судья отметил, что адвокат не смог предоставить никаких документов, подтверждающих его занятость на другом заседании. Суд продолжится 28 июня в 11.00.