Психология (не)отчаяния. Продолжение истории белгородца с аутизмом, который не мог найти работу

Историю молодого человека с аутизмом, который пытался покончить с жизнью из-за неудач с трудоустройством, мы недавно рассказывали. Журналистка Анастасия Состина встретилась с Володей и его мамой, чтобы узнать, что было дальше после того, как молодой человек выписался из больницы, и разобраться, что нужно сделать, чтобы такая ситуация больше ни с Володей, ни с другими людьми с аутизмом не повторилась. С разрешения автора мы публикуем этот текст.

У Володи Бузина высокофункциональный аутизм. Этот предварительный диагноз врачи озвучили, когда мальчику было четыре года. Тогда с подобными нарушениями почти не работали: не было информации, протоколов реабилитации, тьюторов и квалифицированных специалистов. Тем не менее, Володя с помощью мамы Оксаны окончил школу, заработал 235 баллов на ЕГЭ и стал первым студентом с РАС, получившим диплом НИУ «БелГУ» по специальности «Прикладная математика и информатика». Но даже с высшим образованием он не смог устроиться на работу по профессии. Два года отчаянных поисков чуть не закончились для него 25 июня, когда он предпринял попытку суицида. Вову спасли, а о его истории узнали сотни людей. И помогли. Но сколько таких же отчаявшихся молодых парней и девушек, которые просто хотели быть нужными, ушли из жизни незамеченными?!

Важно быть нужным и полезным

Мы встречаемся с Вовой и его мамой Оксаной в небольшом кафе на окраине города. Вова настойчиво хочет заплатить за кофе для Оксаны. Мама отшучивается, но Вова неумолим.

— Ему очень важно быть нужным и полезным, — улыбается Оксана. — Это жизненно необходимо. У него свой особый путь, и на этом пути ему никогда не было легко. Но я всегда поражалась его целеустремлённости.

Особенности в развитии у Володи заподозрили ближе к четырём годам. Что это такое и как с этим работать, тогда почти не знали. А потому после первого класса попросили маму забрать мальчика из общеобразовательной школы и предложили отправить его в валуйский интернат для слабовидящих. Аутизм в случае Вовы осложнялся атрофией зрительных нервов.

— Вова видит периферийным взглядом, — говорит Оксана. — Он всё время смотрит как бы вбок. С таким зрением люди обычно с сопровождающими передвигаются, но только не он. Он даже в университет ездил самостоятельно. Это опять же про волю к жизни и огромную целеустремлённость. Но, конечно, многих это пугает. Ведь для того, чтобы увидеть человека, ему приходится подходить очень близко, а потому он неосознанно может нарушить личные границы собеседника.

Диагноз высокофункциональный аутизм — тема особая. Как объясняет основатель фонда «Каждый особенный» Наталья Злобина, нет двух одинаковых людей с аутизмом. Более того, в случае Вовы важно понимать, что интеллектуальных проблем у него нет. Скорее наоборот, его IQ выше, чем у среднестатистического человека: у него отличная память, сильная воля и желание достигать целей.

— Подобные диагнозы ставят уже ближе к школьному возрасту, потому что проблемы вызывает столкновение с социумом. То есть при сохранном интеллекте люди с высокофункциональным аутизмом испытывают проблемы именно во взаимодействии с обществом, — рассказывает Наталья.

«Поражает неприкрытый цинизм и отсутствие понимания нашей родительской боли». Родители детей с аутизмом просят Вячеслава Гладкова о помощи

«Поражает неприкрытый цинизм и отсутствие понимания нашей родительской боли». Родители детей с аутизмом просят Вячеслава Гладкова о помощи

Родители детей с аутизмом обратились к Гладкову в открытом письме: они просят губернатора организовать круглый стол, на котором он выслушает и решит их проблемы.

«Я буду здесь учиться!»

В Валуйки Володя не поехал, мама эту идею не поддержала. Вместо этого она обратилась в школу-интернат № 23 и, заручившись поддержкой директора, перевела сына в специальный класс для слабовидящих. Каждый день она возила Вову в Белгород из Строителя мимо красивого здания НИУ «БелГУ». Каждый раз, рассматривая университет и бредущих на учёбу студентов, Вова повторял одну и ту же фразу: «Я буду здесь учиться!».

— Так и случилось. Вова окончил девять классов, большая часть его одноклассников пошла в педколледж, а он отказался. Вернулся в Строитель, три года отходил в вечернюю школу, заработал на ЕГЭ 235 баллов и подал документы в БелГУ. Ему не посмели отказать, и он стал первым студентом с РАС, поступившим в это высшее учебное заведение. Из-за этого у нас тоже возникло немало проблем, — вспоминает Оксана.

Молодой человек выбрал для поступления Институт инженерных и цифровых технологий. На момент поступления ему было 20 лет. Но его обучение осложнилось тем, что ни студенты, ни педагоги не имели понятия, как с ним работать и общаться.

— Вуз впервые столкнулся с таким студентом. Благодаря Наталье Злобиной, которая организовала встречу с педагогическим составом и первокурсниками, и рассказала, кто такие люди с РАС, стало чуть проще. Но находились студенты, которые говорили нам прямо: «Мы всё знаем про аутизм, но вы должны были сначала спросить нас, хотим ли мы учиться с таким человеком», — рассказывает Оксана.

Через полтора года такой учёбы у Вовы случился нервный срыв, и ему пришлось уйти в академический отпуск. Потом он перевёлся на другое направление подготовки, где были более лояльные преподаватели и одногруппники, и юноша смог защитить диплом. Тогда начались выматывающие поиски работы.

Быть самостоятельным

Во время учёбы в университете Вова переехал в отдельную однокомнатную квартиру по соседству с родителями. Там он только готовился к семинарам и ночевал, а завтракать, обедать и ужинать приходил к маме. Со временем молодой человек стал привыкать к самостоятельной жизни, начал сам покупать продукты и даже готовить простые блюда, заваривать чай. Сейчас он уже справляется с планированием бюджета на месяц и распоряжается собственной банковской картой. «Это был такой наш медленный, но верный опыт сепарации, — замечает Оксана. — Но всё, что касалось учёбы, он регулировал сам».

В разговор вступает Вова. Говорит он только по делу и очень серьёзно, перечисляет сферу своих профессиональных интересов:

— Я проходил курсы по дизайну Figma, — говорит он, крутя в руках смартфон. — Рисовал картинки, но потом понял, что мне не хватает насмотренности, хромает типографика, колористика и копирайтинг. Позже я прошёл курсы на сайте Tilda School. А потом встал на учёт в центре занятости, но они не смогли мне ничего предложить. Я записывался на стажировки, но не прошёл из-за плохого английского и недостатка знаний по специальности. В вузе мы, к сожалению, не писали телеграм-ботов, не проходили AmoCRM (веб-программа) и Битрикс24. Когда я это понял, принял решение поступить в магистратуру, чтобы получить недостающие знания.

Шаг отчаяния

— Вы знаете, у людей с расстройством аутистического спектра — обострённое чувство вины, — объясняет Оксана. — Они почему-то всё, что происходит в окружающем мире, замыкают на себе. И вот у Вовы было такое разочарование, что никто не берёт его на работу, что он принял страшное решение.

В тот день Володя как обычно убирал в квартире. Он всегда делал это по выходным. Но именно в тот день он решил, что жить дальше нет смысла...

— К счастью, Вова не смог справиться с болью и сам вызвал скорую помощь. Когда я прибежала, машина уже стояла у подъезда, врачи промывали желудок. Потом его увезли в больницу. Всё это было очень страшно. Когда уже через несколько дней врач сказала мне, что сын более или менее легко отделался, я выдохнула это напряжение, и у меня отказала левая нога от пережитого стресса, ещё какое-то время я её подволакивала, — вспоминает мама.

На следующий день после случившегося Оксана позвонила Наталье Злобиной, чтобы поделиться произошедшим. Вместе они приняли решение рассказать о ней как можно большему количеству людей, чтобы привлечь внимание к проблеме трудоустройства взрослых с ментальными нарушениями.

— Наталья сказала мне тогда, что статистика по России неутешительная. И действительно, люди с высокофункциональным аутизмом сталкиваясь с тем, что они никому не нужны, предпочитают уйти из жизни. Они не справляются с этим, понимая, что их дорога конечна: детский сад, школа, пусть даже вуз, но дальше — четыре стены и социальная изоляция. Потому что система построена так, что нет поддержки, нет рабочих мест. По законодательству всё это быть должно, а по факту этого нет. И об этом нужно и важно говорить, — считает Оксана.

«Вова, мы с тобой!»

История Вовы Бузина, рассказанная в соцсетях, вызвала широкий отклик у самых разных людей — от простых слов поддержки до реальных предложений стажировки и работы. Как только он выписался из больницы, Вова прочитал все присланные ему сообщения и принял приглашение немецкой компьютерной школы Tel-Ran.

— Это международная школа, у нас очень плотный график занятий. Там девять месяцев идёт обучение: три базовые и шесть месяцев — по выбору. Потом защита диплома и международный сертификат. При школе есть центр занятости, где помогут с трудоустройством, — рассказывает Вова.

Рассказывая про свою новую учёбу, Вова вдруг улыбается и вспоминает: «Из нашего центра занятости сегодня в 8:12 пришло сообщение, что нужно прийти на собеседование в 8:14».

Оксана смеётся. Теперь уже можно. Потому что её история и история Вовы закончилась хорошо. Но сколько ещё таких вот сообщений рассылает центр занятости, предлагая через две минуты явиться на встречу? Что он может предложить другим людям с ментальными нарушениями?

Квартира у моря

После рассказа об учёбе интересуюсь, как Вова чувствует себя сейчас. Он немного думает и отвечает коротко: «Лучше». Мама добавляет:

— Он очень целеустремлённый, значит, всё будет хорошо. Вот он три года назад задумал поехать на «Поле чудес», участвовал в смс-викторине. И что вы думаете? Его пригласили на съёмки, и он там победил. Это было уже накануне ковидного карантина, но мы успели съездить и побывать на телевидении. Он отказался от суперигры и выбрал поездку в Санкт-Петербург для нас двоих. В итоге нам пошли навстречу, и мы отдохнули там всей семьёй. Всё благодаря ему. Он настолько верит, что всё, что он хочет, находится на расстоянии вытянутой руки, что всё действительно случается.

Я спрашиваю у Вовы про его цели.

— Работа, — отвечает он. — И квартира на море. Я много где был, но Сочи понравился больше всего.

— Недавно Вова выиграл нам билеты в кино, — добавляет Оксана. — Ходили с ним на фильм «Юра-дворник».

— Фильм про меня, — улыбается Володя.

— Это фильм про реального человека Юру, у него ментальные нарушения. В 2020 году он стал человеком года в России. И мы смотрели фильм, и в какой-то момент Вова заплакал. Потому что там герой тоже не мог найти работу, так это срезонировало. Досмотрели до конца, фильм очень вдохновляющий. Люди помогли Юре осуществить мечту. И знаете, что я думаю? Несмотря ни на что, хороших людей в мире больше. А значит, всё у нас будет хорошо, — заключает Оксана.


Эксперт «Фонаря»

— Чтобы решать проблему трудоустройства людей с высокофункциональным аутизмом комплексно, нужно участие государства. То есть в службах занятости должно быть понимание, с какими сложностями сталкиваются такие ребята, чтобы помочь им пройти то же собеседование. Все эти этапы, когда нужна развёрнутая социальная коммуникация, когда нужно отвечать на какие-то абстрактные вопросы, составлять резюме. Это должно быть сопровождение тьюторское, — комментирует ситуацию президент фонда «Каждый особенный» Наталья Злобина.

Она считает, что в России нужны специальные агентства по трудоустройству, найму и сопровождению людей с аутизмом — своеобразный мост между потенциальными кандидатами с ментальными особенностями и работодателями. При этом важно обучать помогающих ассистентов, которые могли бы рассказать о сильных сторонах потенциальных сотрудников, помочь им адаптироваться на новом месте, отследить, как человек себя чувствует на новом месте.


Оригинал статьи опубликован на личной странице Анастасии Состиной.

Анастасия Состина

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Белгородские полицейские исполнили мечту ребёнка с аутизмом

Белгородские полицейские исполнили мечту ребёнка с аутизмом

В Белгороде мужчина с аутизмом пытался покончить с собой из-за отказов в трудоустройстве

В Белгороде мужчина с аутизмом пытался покончить с собой из-за отказов в трудоустройстве

«Поражает неприкрытый цинизм и отсутствие понимания нашей родительской боли». Родители детей с аутизмом просят Вячеслава Гладкова о помощи

«Поражает неприкрытый цинизм и отсутствие понимания нашей родительской боли». Родители детей с аутизмом просят Вячеслава Гладкова о помощи

Открытие выставки фотопроекта «Иллюминатор» в Белгороде

Открытие выставки фотопроекта «Иллюминатор» в Белгороде

В Белгороде открылась фотовыставка о судьбах женщин, которые воспитывают особенных детей*

В Белгороде открылась фотовыставка о судьбах женщин, которые воспитывают особенных детей*

Белгородские волонтёры приглашают встретить лето в «Городе детства»

Белгородские волонтёры приглашают встретить лето в «Городе детства»

Губернатор Белгородской области встретился с родителями детей-аутистов

Губернатор Белгородской области встретился с родителями детей-аутистов

Правила «особенного этикета». Как правильно вести себя с человеком с инвалидностью? [в четырёх карточках]

Правила «особенного этикета». Как правильно вести себя с человеком с инвалидностью? [в четырёх карточках]

Белгородская телевышка месяц будет гореть синим цветом в поддержку людей с аутизмом

Белгородская телевышка месяц будет гореть синим цветом в поддержку людей с аутизмом