«Страшно выезжать, но выбора нет». Как белгородские таксисты работают во время обстрелов

22 марта — Международный день таксиста. К празднику корреспондентка «Фонаря» Дана Минор пообщалась с работницей городского такси 710-710 Мариной Колесниковой и узнала, как изменилась её работа, учитывая, что Белгород стали обстреливать практически каждый день.

«Все идут на работу — и мы идём»

Марина продолжает работать, но во время обстрелов делает это реже — боится выходить из дома. Если ракетная опасность застаёт её в дороге, она останавливает машину и ищет укрытие вместе с пассажирами.

— Сегодня (речь идёт про 20 марта — прим. Ф.) я выходила работать до обеда, а как обстрел начался — опять домой поехала. Я останавливаюсь при ракетной опасности рядом с ближайшим укрытием. Если я с пассажирами, то прошу их выйти из машины и пойти в укрытие. Многие [водители] не останавливаются. Некоторые пассажиры тоже не особо рады тому, что нужно останавливаться, — они хотят ехать дальше. Работать страшно, как и всем другим людям, которые выходят [из дома]. Но жизнь продолжается. Все идут на работу — и мы идём. На ракетной опасности я дважды была. Пассажиры дисциплинированы. Спрашивают: «Марина, что нам делать?». Я останавливаюсь, мы спокойно выходим и идём в укрытие.

За два года [спецоперации] никто не уезжал, а сейчас [из-за обстрелов в последние недели] уехали многие люди. Многие таксисты уехали из города. Сегодня у меня три знакомых таксиста собрали семью и переехали в Старый Оскол на время. Ну ничего, мы справимся, — делится Марина.

Марина Колесникова продолжает работать в такси, даже несмотря на ежедневные обстрелы

«Не я ставлю цену на такси»

Во время ракетной опасности цены на такси поднимаются, поскольку из-за остановок автобусов растёт и спрос.

— Цена меняется сейчас, потому что [во время ракетной опасности] останавливаются автобусы. До остановок всё было стандартно. Автобусы останавливаются, а людям нужно ехать. Соответственно, повышается спрос и повышается цена поездки. Приходится объяснять, что не мы, таксисты, такие злодеи — не я ставлю эту цену. Нужно теперь ехать даже тем людям, которые в принципе никогда на такси не ездили. Вот они всю жизнь ездили на автобусе — их это устраивало. Но сейчас автобус не едет, он стоит, а человеку нужно на работу. Так и получается [что растёт цена поездки], — объясняет водитель.

«Два раза меня пронесло»

Дважды Марина чуть не попала под обстрел. Она вынуждена работать дальше, чтобы обеспечить ребёнка-инвалида.

— В пятницу, 15 марта, я ехала с пассажирами. Это, как говорят, проведение Господне. Два раза меня пронесло. Я только отъехала с кольца Волчанское-Корочанское — туда прилетело. И на улице Есенина в 500 метрах от меня упал [снаряд]. Я как раз была с пассажирами. И вот это стало какой-то последней каплей. Думала: «Мне надо отсидеться чуть-чуть». Страшно.

У меня, к сожалению, возможности нет [сменить работу]. У меня ребёнок-инвалид. Дело в том, что у меня нет возможности быть привязанной к месту работы. Я не могу от звонка до звонка работать, потому что [ребёнку нужны] периодические лечения, процедуры и так далее. Мы ещё живём на съёмном жилье, поэтому работать надо. Моё решение такое: в такси я могу в любое время выйти и заработать денежку, — продолжает свой рассказ женщина.

«Такого ужаса ещё не было»

Марина признаётся, что выезжать на работу ей очень страшно, однако выбора у неё нет.

— Если честно, очень страшно. Этот страх появился буквально в эту неделю. У нас СВО давно уже идёт, но раньше такого страха не было. Сейчас, конечно, очень сильно [бомбят] в Белгороде. Такого ужаса ещё не было в Белгороде, что сейчас творится. Страшно выезжать, но, опять же, у меня выбора нет. Мне надо хоть какую-то копеечку зарабатывать, — признаётся Марина.

В тексте использованы посты из телеграм-канала @taxistbld, который ведёт белгородский таксист.

Дана Минор

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Волонтёры закупили 50 аптечек для водителей белгородских автобусов

Волонтёры закупили 50 аптечек для водителей белгородских автобусов

«Наш город цветов стал городом пуль очень давно». О чём и как белгородские поэты пишут во время спецоперации и обстрелов

«Наш город цветов стал городом пуль очень давно». О чём и как белгородские поэты пишут во время спецоперации и обстрелов

Белгородская полиция отказалась говорить о лжеминированиях, задержаниях и незаконных акциях

Белгородская полиция отказалась говорить о лжеминированиях, задержаниях и незаконных акциях

«Они боролись за Победу. За что боремся мы?». Участники «Бессмертного полка» в Белгороде — о Дне Победы и «спецоперации на Украине»

«Они боролись за Победу. За что боремся мы?». Участники «Бессмертного полка» в Белгороде — о Дне Победы и «спецоперации на Украине»

«О военных думали в последнюю очередь». Белгородские волонтёры написали донос на Жанну Басанскую, которая помогает российским военным

«О военных думали в последнюю очередь». Белгородские волонтёры написали донос на Жанну Басанскую, которая помогает российским военным

«Ощущение, будто началась настоящая [Роскомнадзор]». «Фонарь» пообщался с очевидцами ЧП в Белгороде, где на дом упал осколок снаряда

«Ощущение, будто началась настоящая [Роскомнадзор]». «Фонарь» пообщался с очевидцами ЧП в Белгороде, где на дом упал осколок снаряда

«Хвостики», посылки от детей и школьные пайки. Как журналистка «Фонаря» несколько недель провела в чате, где помогают военным

«Хвостики», посылки от детей и школьные пайки. Как журналистка «Фонаря» несколько недель провела в чате, где помогают военным

Преступность на фоне спецоперации. Как за год изменилась ситуация в Белгородской области?

Преступность на фоне спецоперации. Как за год изменилась ситуация в Белгородской области?

Человек месяца. Создатель бота для поиска укрытий Андрей Созыкин: «Моя социальная ответственность — помогать, если есть возможность»

Человек месяца. Создатель бота для поиска укрытий Андрей Созыкин: «Моя социальная ответственность — помогать, если есть возможность»