Максим Гончаров родился, вырос и живёт в Старом Осколе. Ему 32 года. Он успешно окончил Воронежский госуниверситет, получив диплом инженера-геолога. За время учёбы побывал на двух производственных практиках в Приморском и Хабаровском краях. Восемь лет Максим проработал на Лебединском ГОКе, а потом махнул на Чукотку вахтой. Он рассказал журналисту «Фонаря», каково это — на два месяца оторваться от всего родного и знакомого и оказаться в бескрайней тундре, сошлись ли его зарплатные ожидания с реальностью и готов ли он снова лететь на заработки на другой конец страны.
— Максим, почему вы решили связать свою жизнь с профессией геолога?
— Геологией я заинтересовался, когда ещё учился в школе, мне очень нравилась география. На уроках пересекались темы с геологией. И мне это было интересно. Были хорошие учителя, которые заинтересовали географией. Я поступил в филиале ВГУ в Старом Осколе на геолога. А потом пошёл работать на Лебединский ГОК. Вначале работал горнорабочим на геологических работах, потом на геофизической каротажной станции. А потом меня взяли геологом — я занимался подготовкой геологической документации по буровзрывным работам, геологическим картированием, обобщал и анализировал результаты геолого-геофизического и геолого-технологического опробования при составлении картограмм на взрыв. На комбинате я проработал восемь с половиной лет.
— Почему решили уйти?
— Работа была интересная, но со временем приелась и перестала приносить удовольствие: каждый день делаешь одно и то же, и роста не намечалось. И зарплату хотелось повыше. Решил, что пора что-то поменять и попробовать новое, ещё не изведанное. Вот и решился на вахтовый метод.
— Вы человек лёгкий на подъём, склонный к авантюрам?
— На самом деле на подъём я человек не лёгкий. Но если мне что-то понравилось, стараюсь это сделать. К авантюрам в обычной жизни я не склонен, стараюсь обдумывать каждое действие.
В январе солнце на Чукотке выходит всего на три часа в сутки, фотография Максима Гончарова
— Как возник вариант с работой на Чукотке?
— Благодаря коллеге. Она порекомендовала компанию, в которой работал её муж. Я зашёл на сайт, там была вкладка «Предложить таланты», и я отправил резюме. Через некоторое время мне пришёл ответ сначала с рудника на Чукотке, а потом ещё и из Хабаровска. Ответ хабаровчан не содержал толком никаких сведений, а с Чукотки всё разложили по полочкам.
— Как вы добирались вы до места назначения?
— Поездом до Москвы, оттуда самолётом до аэропорта «Угольный» в город Анадырь. Билеты стоили 4 163 рубля до Москвы и перелёт в эконом-классе 16 тысяч рублей. Все дорожные расходы взяла на себя фирма. Сам полёт по времени занял примерно восемь часов. Из Анадыря нас на рудник переправили на вертолёте, потому что снега было сравнительно мало. Если же снежный покров высокий, то работников переправляют на трэколах — специальных машинах с большими колёсами. И если на вертолёте весь путь занимает полтора часа, то на трэколах в зависимости от погоды может длиться от четырёх часов до суток.
— Самые большие расходы в чужом городе — это жильё и питание. Где вы жили и питались?
— Нам предоставили жильё в общежитии на руднике. Он находится в посёлке Угольные копи неподалёку от аэропорта. В общежитии были комнаты на шесть и восемь человек для рабочих. Лично я жил в двухместной комнате. Кормили нас в столовой также за счёт работодателя — трёхразовое питание, шведский стол. Кормили нормально. Кстати, продукты туда привозят раз в год из морского порта, все они хранятся в холодильниках.
Ещё на территории рудника есть магазин. Цены, конечно, были ой-ой-ой! Например, если в нашей «Пятёрочке» обычная шоколадка «Альпен Гольд» будет стоить 80-90 рублей, то там — все 270, маленькая шоколадка «Риттер Спорт» — 450 рублей. «Доширак» обыкновенный, который у нас стоит 50 рублей, там продавался по 150-200 рублей.
Общежитие на руднике, фотография из личного архива Максима Гончарова
— А из местной экзотики пробовали что-нибудь?
— Да, понравилась местная рыба нерка. Ещё мне в диковинку была тушёнка из оленины, по вкусу напоминает говядину. Действительно, очень похожа. Хотел ещё попробовать китовое сало, но его не было в магазине.
— Что можете сказать по поводу заработной платы здесь и на Чукотке?
— Работая на ГОКе, с учётом всех премий, надбавок, вредности я получал где-то тысяч 65-70. На Чукотке же обещали 200 тысяч рублей в месяц, и это без учёта премии. Заплатили нам по итогу даже несколько больше, потому что мы выполнили годовой план. Кроме того, я приехал на вахту на январские праздники, а в период праздничных дней идёт оплата в двойном размере.
— Сколько времени вы находились на Чукотке? Как быстро сумели акклиматизироваться и адаптироваться к разнице во времени?
— Я прилетел в Анадырь 14 ноября, а улетел домой в январе — пробыл там два месяца. Разница по времени с Москвой девять часов. В январе день там длился всего три часа, а температура была от минус 30 до минус 40 градусов по Цельсию. Но при отсутствии сильного ветра там морозы переносились легче, чем в нашем регионе. Когда летишь туда, ко времени привыкаешь быстро, а вот по возвращении тяжко было из-за смены часовых поясов.
— Что из увиденного произвело на вас самое сильное впечатление?
— На Чукотке я впервые оказался в тундре и для меня было в диковинку, что могут быть такие обширные территории, на которых не растёт практически ничего, а самое высокое — это низкорослые кустарники. Именно это меня больше всего удивило. И, конечно, мы находились около Полярного круга, и я впервые увидел северное сияние. Зрелище завораживающее.
Фотография Максима Гончарова
— Ещё собираетесь поехать вахтой?
— Вахтовый метод работы не для каждого. По моему опыту, это не для меня: работать по 12 часов на протяжении 60 дней подряд — это очень выматывает. Я увидел там множество людей, и большинство из них одинокие — или ещё без семьи или уже разведены, и какие-то отрешённые от всего. Приоритеты у них другие, а мне такое как-то не по душе.
По зарплате многим может показаться, что это более чем достойно. Но многое зависит от места, где работаешь. Как я узнал позже, в том активе, где работал я, заработная плата была самой низкой.
— Какие у вас планы на будущее?
— В планах обзавестись семьей, а там в дальнейшем как пойдёт.
