Документы, кошка и три оборота ключа. Как белгородцы переживали ночной налёт дронов

Это пыль, которую взрывной волной выдувает из вентиляции. Соседи на лестничной клетке — с документами, детьми и кошкой в переноске. Сообщения друзьям: «Вы как? Всё цело?». И двадцать минут тишины, после которых всё равно не понимаешь: уже можно возвращаться в квартиру или следующий беспилотник просто ещё не долетел?

Ночью 9 августа журналисты «Фонаря» Алёна Дискейн и Юрий Ридер оказались не наблюдателями за новостями, а их героями — прилёты пришлись рядом с их домом. Мы публикуем два очень личных монолога о том, как переживается массированный налёт изнутри — когда собственный дом на несколько часов перестаёт казаться безусловно безопасным местом.

Алёна Дискейн

— С начала СВО в жизнь белгородцев пришли новые исчисления: сколько беспилотников пролетит над головой за вечер, сколько ракетных опасностей прозвучит, сколько раз пропадёт свет или вода? А ещё пришли новые размышления: а где безопаснее — дома или на улице, в центре города или подальше, в коридоре или подвале? Однако жизнь сама решает, когда и сколько ты будешь бояться.

Вчерашний налёт беспилотников застал нас дома расслабленными и утомленными после празднования дня рождения друга в Таврово (где, стоит заметить, кроме грома и дождя нас никто не потревожил). Характерный звук летящей «газонокосилки» мы выучили давно, поэтому быстро ретировались в глубь квартиры, чтобы переждать опасность. Там продолжили свой разговор, ещё не подозревая, что примерно так же проведем ближайшие пару часов.

Одной «газонокосилкой» в этот раз дело не закончилось. Беспилотники налетали по одному, а в них как могли выпускали автоматные очереди. Когда БПЛА попадал в цель, от грохота сотрясался дом и закладывало уши, и после этого мы изо всех сил пытались понять, досталось нашему дому или соседнему. Когда такие удары стали идти один за одним, мы перебрались на лестничную клетку, где уже сидели встревоженные соседи с документами и кошкой в переноске. Сразу начинаешь писать друзьям и получать такие же сообщения в ответ: «Вы как? Всё цело?».

Юрий Ридер

— Когда возле твоего дома взрываются беспилотники, воздух становится разрушительной плотной волной. Он устремляется в стороны от взрыва, наталкивается на препятствия, выдувает пыль из вентиляции в квартиру. Эта волна сбивает плитки со зданий, сдувает антимоскитные сетки, роняет горшки и заставляет вздрагивать людей, прячущихся на лестничных клетках.

Самое плохое в этом сидении, что ты не знаешь, сколько оно продлится. Пока ты слышишь жужжание дронов, беременных смертью, совершенно ясно, что нужно прятаться. А потом? 20 минут тишины достаточно, чтобы вернуться в квартиры? Или сорок? Может час?

Если люди сидят вместе, разговор не клеится. Все заняты тем, что прислушиваются. Гадают, какие разрушения в их жилищах, утешают детей и домашних животных. Потом приходит в голову мысль: а что если металлическая дверь от ударной волны распахнётся и ударит кого-то? И люди бегут запирать свои квартиры, остаются сидеть под запертыми на три оборота дверьми как чужаки, непрошенные гости своих же жизней.

Алёна Дискейн

— В такие моменты опасности и беспомощности всегда думаешь: «А что я вообще тут делаю? Почему рискую собой и своими близкими людьми, почему смотрю, как привычные места прогулок покрываются осколками и щербатыми дырами от взрывов?». А потом всё стихает, люди расходятся от мест происшествии, и мы ложимся спать, закрыв предварительно «бронебойную» штору. В надежде, что завтра будет потише.

P. S.: думаю, что сейчас многие белгородцы ощущают себя как тигр с принта на моей футболке. А ещё Юра даже в подъезде на полу умудряется раздавать успокоительное :-)

Что официально известно о ночной атаке на Белгород?

Масштаб последствий ночной атаки 9 августа становился понятен постепенно. В 1:55 власти сообщали о 13 пострадавших, среди которых были двое детей. Четырёхлетнего мальчика с осколочными ранениями грудной клетки доставили в детскую областную больницу. Тогда же было известно о пожарах в частном доме и автомобилях, а также о повреждениях нескольких многоквартирных домов и других зданий.

К утру цифры заметно выросли. По данным оперативного штаба на 10:30 9 августа, ночью по Белгороду ударили 16 беспилотников, три из них сбили. Власти сообщили о трёх погибших — женщине и двух мужчинах — и 25 раненых, среди которых двое детей. Двенадцать взрослых госпитализировали, один из пациентов находился в крайне тяжёлом состоянии. Четырёхлетний ребёнок продолжал лечение в детской областной больнице.

Повреждения зафиксировали в 29 многоквартирных домах, пяти частных домах, трёх административных зданиях, трёх социальных и шести коммерческих объектах. Два многоквартирных дома горели, один частный дом сгорел полностью. Пострадали как минимум 33 автомобиля, пять из них — от огня.

Глава администрации Белгорода Валентин Демидов на месте атаки, фото пресс-службы администрации Белгорода

Утром в городе начался подомовой обход. Специалисты фиксировали повреждения квартир и имущества, коммунальные службы убирали стекло и обломки и временно закрывали выбитые окна. По данным властей, к полудню на повреждённых объектах работали более 200 человек и около 30 единиц техники. 26 жителей Белгорода, чьи дома пострадали, разместили в пунктах временного размещения.

Позднее оперативный штаб сообщил ещё о двух смертях, связанных с ночной атакой: при разборе конструкций горевшего многоквартирного дома нашли тело мужчины, а ещё один тяжелораненый мужчина скончался в больнице. Таким образом количество погибших при атаке выросло до пяти человек.