Журналист и писатель Сергей Антонов на белгородском бизнес-стендапе рассказал, откуда есть пошла брань на Руси. Очередную встречу в пабе «Чёрный Койот» открыл её «отец-основатель» — Борис Милокум, бизнесмен, директор рекламного агентства «Новый Берег» и руководитель федерального билетного оператора «Ticket4me».
— Повод для встречи сегодня интересный. Казалось бы, как связаны нецензурные слова и бизнес? Но я думаю, что когда все мы видим уведомления из налоговой, в голове всплывает только такая лексика. Теперь давайте познакомимся.
В зале собрались люди, связанные с бизнесом или интересующиеся им. Они коротко рассказывали о себе и своей работе, после чего передавали эстафету другим. Каждый здесь получил опыт публичного выступления, который, по мнению Бориса, обязательно всем пригодится.
Сначала было слово
Сергей Антонов — автор бестселлеров «Недурные слова» (18+) и «Нечистые слова» (16+). Он начал рассказывать о заимствованных словах и провёл небольшой интерактив: было ли слово «хлеб» изначально в древнерусском языке или оно заимствованное?
— Наше, конечно! — уверенно ответили слушатели в зале.
— Нет, слово «хлеб» появилось гораздо позже, а на Руси использовали слово «жито», — сказал Сергей.
— Получается, «жита да каша — пища наша»? — уточнил у гостя Милокум.
— Если бы мы жили раньше — то да, так бы и было.
![Переводим с заимствованного на русский. Что такое предсдачье и складник? [тест]](/assets/thumbnails/8f/8f5b64ece7fb2916d8b4370104a98bbc.jpg.avif)
Затем Антонов объяснил, где сейчас можно увидеть последствия языковых процессов в древнерусском языке.
— Если при склонении слова появляется буква «о», то там раньше стояла буква «Ъ», а если «е» — когда-то там была «Ь».
— Без ста грамм не поймёшь! — ответили ему погружённые в древнерусские реалии предприниматели.
Упомянул он также и об истории заимствований: из каких стран, в какое время народ заимствовал слова, и какими делился сам.
— И сколько всего нашего у нас есть? Учёные оценивают (смеётся) — от 10 до 80 процентов. Правду не знает никто, но есть много разных версий.
Теперь можно выругаться
Лектор перешёл к рассказу о том, какие слова сегодня можно писать без последствий.
— Ко мне подходят многие редакторы и спрашивают, можно ли написать слово «мудак»? Да, ничего за это не будет. Кроме того, есть жёсткая рекомендация от Роскомнадзора, в которой говорится, какие слова и где можно использовать. Запретных всего четыре — на Х., на Б., на П., и глагол на Е. вместе с его производными. Все они исконно русские, — продолжил просвещать предпринимателей Антонов.
Он развеял миф о том, что до татаро-монгольского ига никто не матерился. На самом деле, корни многих нецензурных слов присутствовали в речи ещё задолго до набегов монголо-татар. А миф возник из-за особенностей монгольского языка, ведь во многих его словах есть сочетание трёх букв на «х». Но в монгольском у этих слов нет такого значения, какое есть в русском языке.
Случаи использования мата зафиксированы ещё до нашествия. Это подтверждают берестяные грамоты. На одной из нах нашли запись: «*** лёжа» (что значит «делай, как все»). Аудитория в баре сразу смекнула, где этой фразе можно найти применение в современных реалиях и деловых переписках.
Стоило спикеру запнуться перед матерным словом, как гости помогали ему вернуть дар речи и уверенно выкрикивали нужную словоформу, а иногда и расширяли её вариации. Антонов поделился схемой, которая понятно иллюстрирует классификацию русского мата.
— Когда цели нет, но есть собеседник — это «подай-ка мне ту ***лу». Собеседник есть, но цели нет, хотя я могу выразить её другими словами.
— Подай-ка мне эту непонятную штуку... Да, звучит дольше, — согласился один из пришедших на стендап.
Матушка история
Интересно, что изначально обсценная лексика не была ругательством, так как выражала помимо своего значения и обрядовые смыслы.
— Фраза «** твою мать!» — часть древнего сакрального заклинания, когда бог-громовержец оплодотворяет молнией землю, чтобы она дала урожай.
— Так это хорошо звучит тогда! — воодушевились мужчины, вспомнив, когда они в последний раз так выражались.
— Охренеть! — не удержался кто-то из особо впечатлившихся слушателей.
— В принципе, можно сельскохозяйственному департаменту писать такие благословения? — поинтересовался ещё один.
— Ну, да, только считается, что фраза была больше: «пёс ** твою мать»: громовержец в то время отождествлялся с псом. Это часть языческого культа, которую потом стало уничтожать христианство, и слова начали заменять: мужской половой орган стал срамным удом, женский — лоном, совокупление — соитием. Затем происходит не просто замена, — первоначальные слова стали полностью запрещать. Однако борьба оказалась бесполезной — люди продолжали и продолжают ругаться. Одни письма Чехова к брату стоят большого удивления!
Ну и какого... делать дальше?
По мнению Сергей Антонова, полностью запретить мат, скорее всего, не получится. Кстати, в студенческие годы к аналогичному выводу пришёл и главред «Фонаря», сделавший вывод, что мат для русского человека стал своеобразным генетическим кодом: если кому-то на ногу упадёт условный кирпич, какое бы ни было у этого человека образование, первым ему на ум придёт слово из потаённого лексикона.
— Можем ли мы сказать, что мат прижился как протест? — зал включился в дискуссию с лектором.
— Если смотреть с той стороны, что мы продолжаем его использовать и, по сути, протестуем, — да. Но изначально ругательные значения ему приписали.
— Что вам запомнилось во время подготовки материала [выступления]?
— В книге есть слово «шалашовка». Откуда оно взялось? Оно пришло из лексикона ГУЛАГа: девушки, желающие уединиться с кем-то из мужчин, приходили к ним в барак. Затем они накрывали одеялом нары и получался шалаш. Эта девушка была шалашной, от этого слово и пошло дальше.
После этого последовал вопрос в зал, что нам делать с русским матом.
— Понять и простить! — ответили за одним столиком.
— Хранить и беречь! — донеслось с другого.
— Да ни ***! — метко поставили точку сидевшие за самым дальним.
Комикс по мотивам лекции сделан с использованием chatgpt.com
