Погружение в «мутную воду». Как областная федерация плавания пыталась отсудить у редакции «Фонаря» 350 тысяч рублей

Через несколько месяцев после выхода публикации «„Массовое плавание просто задушили“. Как в Белгородской области монополизировали детское плавание» президент Федерации плавания Белгородской области как физическое лицо и Федерация как юрлицо подали на редакцию в суд, посчитав, что наша публикация нанесла ущерб деловой репутации и принесла истцу моральные страдания. Рассказываем, как проходил наш первый суд.

Почти пять месяцев длился суд редакции с областной федерацией плавания и её президентом, и в итоге судья отклонил все требования истца. Перед тем, как читать наш репортаж, рекомендуем познакомиться со статьёй, которая и стала поводом для обращения в суд, чтобы лучше понимать, о чём говорят действующие лица и разбираться в деталях судебного процесса.


«От фонаря»

В конце весны президент Белгородской федерации плавания Геннадий Луценко подал на редакцию в суд из-за публикации «„Массовое плавание просто задушили“. Как в Белгородской области монополизировали детское плавание», которая была размещена на сайте 28 марта. Он посчитал, что факты и мнения, которые там были изложены, задели его честь и достоинство.

Впервые с Геннадием Луценко и его юристом Аркадием Шахвердовым мы встретились на досудебном заседании. Ответчиком выступал генеральный директор ООО «МасМедиа» и главный редактор «Фонаря» Андрей Маслов. А я — автор «спорной публикации» — пришёл в суд как обычный слушатель.

Представитель истца заявил, что общими усилиями они не смогли найти автора публикации (имя которого указано под публикацией на «Фонаре» — прим. ред.). И я, подтвердив судье, что этот материал написал действительно я, быстро перешёл в статус соответчика.

— Мы считаем, что сведения совершенно не проверены ими, и их ссылка на то, что кто-то сказал (в статье приведены мнения тренеров и руководителей двух спортивных школ — прим. «Ф».) — не имеет юридического значения, потому что это говорилось непублично. Когда один субъект говорит другому с глазу на глаз, как в интервью, это не имеет признаков публичности. Но когда тот субъект, которому сказали, придаёт этим сведениям публичность, вся ответственность ложится на того, кто это опубликовал. Ну, и то, что эти сведения порочат, мы показали. То, что они не соответствуют действительности, это как раз и есть то, что порочит честь и достоинство. Прошу обратить внимание, что название статьи «Массовое плавание просто задушили», а вот подзаголовок: «Как в Белгородской области монополизировали детское плавание». То есть получается, что у нас монополисты. Ну, монополисты — пишите в антимонопольный комитет. Как можно монополизировать детское плавание? Это вообще абсурд. И я прошу обратить внимание, что в заголовке выкинуто слово «спортивное». Ребята не глупые. Я так понимаю, что они отдают отчёт своим действиям и не написали: «Массовое спортивное плавание просто задушили». И в подзаголовке пишут не «Монополизировали детское спортивное плавание», а просто «детское плавание». Вот плавательный оздоровительный бассейн не входит в федерацию. То есть, уже здесь ими был взят курс на клевету, — начал своё выступление Аркадий Шахвердов.

Дальше представитель Геннадия Луценко сделал ещё более интересное предположение, заявив, что, возможно, публикация была сделана специально, чтобы «никому неизвестное СМИ» прославилось судебным процессом с «серьёзной Федерацией плавания».

Геннадий Луценко, в свою очередь, заявил, что «статья на 95 процентов — ложь». Судья Владимир Свищёв, который вёл процесс, попросил его привести пример из текста.

— «Я сказал, что приглашал к себе президента федерации Луценко. Сердюков сам дал команду Луценко, чтобы он срочно отправил отчёт», — стал цитировать один из абзацев текста Геннадий Луценко. — Я помню эти соревнования. Отчёты отсылает главная судейская коллегия, которая проводит данные соревнования. Причём главный секретарь, который должен был отсылать, работает именно в «Спартаке», и почему они не отослали, это уже...

— А вы его фамилию знаете? — не дал договорить Геннадию Луценко судья.

Сидельник Феликс Викторович, — ответил президент федерации плавания.

К исковому заявлению Луценко и Шахвердов прикрепили свои пояснения по каждому из оспариваемых абзацев, в которых, например, факт приезда члена президиума Всероссийской федерации Оксаны Верёвки в Белгород для проверки работы областной федерации плавания оспаривался следующим образом: «Оксана Верёвка приехала в Белгород и не захотела встретиться со мной, а была в „Спартаке“, где работал Халтобин Георгий Юрьевич, которые устроился по её характеристике и которая оказалась несоответствующей действительности. В Строителе строился домик родителей О. Верёвки, которые она и приехала посмотреть и разобраться со строителями» (орфография и пунктуация авторов сохранены — прим. «Ф».). Ещё один абзац публикации истец снабдил комментарием: «Соревнования, про которые идёт речь, проводили люди, написавшие статью (напомним, что автор публикации — обозреватель «Фонаря» Никита Пармёнов — прим. ред.), и это как раз они не сделали и не отослали отчёт вовремя».

Аркадий Шахвердов перед походом в суд «изучил сайт „Фонаря“» и сделал вывод, что это «скандальное издание, которое ищет дешёвого пиара на подобных темах».

— Я вот даже кому-то буду рассказывать. Меня спросят, а откуда я такую информацию взял? Я отвечу: «От фонаря», — на полном серьёзе заявил Шахвердов.

Судья Владимир Свищёв заулыбался и предложил другой вариант, почему издание носит такое название: «„Фонарь“ так называется потому, что он освещает». А затем предложил урегулировать всё в досудебном порядке.

Геннадий Луценко сразу сказал, что готов забрать иск в том случае, если мы возьмём у него интервью, где он расскажет о том, как обстоят дела в федерации. Но так как за всё время с момента выхода публикации — а с тех пор прошло уже три месяца — никто в редакцию с этим предложением ни разу не обратился, мы поехали готовить возражения на иск. Сразу отметим, что из 20 абзацев, которые задели честь и достоинство Геннадия Луценко, к нему непосредственно относились лишь два. И даже они не подпадали под статью о защите чести и достоинства. А требование публичных извинений от редакции и вовсе противоречило законодательству...

«Вы что не понимаете, что такое сплетня?»

На следующее заседание в Белгород приехала юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова, которая и помогала составлять нам возражения и готовиться к этому и последующим заседаниям.

Луценко и Шахвердов поняли, что во всех оспариваемых фрагментах говорится о действиях федерации, а не лично Луценко, поэтому попросили суд сделать федерацию «соистцом». Но процесс уже начался, и судья не мог привлечь к нему федерацию, так как все истцы должны заявлять о своих требованиях при подаче иска. Чтобы не открывать новый процесс, судья Владимир Свищёв предложил ввести федерацию в судебное разбирательство как «третье лицо, заявляющее собственные требования».

— Мы полагаем, что таким образом, как в данном заявлении сформулированы требования, они не могут быть заявлены в порядке статьи 44-й Гражданско-процессуального Кодекса РФ по той простой причине, что диспозиция этой нормы предполагает, что «третье лицо, заявляющее собственные требования» должно обращаться с самостоятельными требованиями. Эти требования должны отличаться от требований истца, и это лицо должны быть заинтересовано в том, чтобы суд, удовлетворяя исковые требования, разрешил спор не в пользу истца и не в пользу ответчика, а как раз в пользу этого третьего лица, — обратилась к судье Светлана Кузеванова.

Никита Пармёнов, Андрей Маслов и Светлана Кузеванова, фото Наталии Чернышовой

При этом складывалась следующая ситуация: иски Геннадия Луценко и федерации совпадали практически полностью — отличался лишь истец и сумма компенсации морального вреда: Луценко оценил свои моральные страдания в 150 тысяч рублей, а «моральный вред федерации» — в 200 тысяч. Несмотря на это, судья всё-таки удовлетворил ходатайство истца и ввёл федерацию в процесс в качестве третьего лица, заявляющего собственные требования, как сам раньше и предложил.

Геннадий Луценко не смог прийти на заседание, и его представитель настаивал, что без него нельзя опрашивать ни одного из пятерых свидетелей, которые в этот день отпросились с работы и пришли в суд, чтобы подтвердить всё то, что раньше рассказывали журналисту.

— У Луценко к ним есть вопросы, — мотивировал свои возражения Аркадий Шахвердов.

Несмотря на то, что процесс может проходить даже при отсутствии истца, в этот день было решено опросить только директора школы «Спартак» Виктора Ткачёва. Он подтвердил слова, которые были приведены в публикации, и ответил на вопросы Свищёва. После чего вопросы стал задавать Аркадий Шахвердов.

— Скажите, пожалуйста, между Луценко и [начальником управления физической культуры и спорта Белгородской области Олегом] Сердюковым есть отношения подчинения?
— Конечно, есть. Но не прямые. Областное управление выделяет федеральные деньги на федерацию, значит какое-то подчинение есть. Отчётность же должна какая-то быть, — сказал Ткачёв.
— Вы не понимаете, что такое подчинение?
— Я понимаю, что прямых указаний Сердюков ему не даёт.
— Значит отношений нет!
— Хорошо, значит нет.
— Не хорошо, а так оно и есть, — подытожил за свидетеля Шахвердов и продолжил задавать вопросы: «2 марта 2016 года проходило собрание. Вы на нём были?».
— Был, — ответил Виктор Ткачёв.
— На нём отчёт о расходовании средств федерацией был представлен?
— Нет.
— То есть, отчёт не был представлен?
— Нет.
— Ясно, а Луценко утверждает, что был. Халтогин Георгий Юрьевич — это кто такой?
— Это бывший работник школы «Спартак».
— В настоящее время у вас нет отношения подчинения?
— Нет, он давно у нас не работает.
— Но работал?
— Работал.
— По чьей характеристике его устроили?

Разговор, понятный только для двух людей в зале суда, прервала Светлана Кузеванова, которая спросила у Шахвердова, какое отношение это имеет к делу. Судья тоже не понимал, где связь.

— Я хочу показать роль [Оксаны] Верёвки в этом всём, — ответил Шахвердов.
— А Халтобин какое отношение имеет к этому всему? — спросил Свищёв.
— А Халтобин был устроен в «Спартак» по рекомендации Верёвки.
— А где это в статье? — продолжал недоумевать судья.
— А это не в статье. Это сказал Луценко.
— Вы оспариваете такие сведения? — опять вмешалась Кузеванова.
— Оспариваю! Ещё как оспариваю! — сказал Шахвердов и продолжил задавать Виктору Ткачёву вопросы, которые не касались фактов, представленных в публикации.

К концу заседания из-за того, что федерация плавания была привлечена как «третье лицо с самостоятельными требованиями», возникла небольшая путаница. Защитник редакции Светлана Кузеванова попросила судью объяснить, на что нужно было готовить возражения, потому что в одном процессе находились два практически идентичных исковых заявления от разных истцов. На это представитель истца Аркадий Шахвердов заявил, что первое заявление «общее». Такого определения не понял даже сам Владимир Свищёв, обронивший вопрос: «Как общее?!».

Судья Владимир Свищёв, фото Наталии Чернышовой

— Вы не знаете историю. Первоначально иск Луценко подавался как физлицом. Он включил вообще всё. Затем его уже подало третье лицо, скорректировав свои требования, — ответил Аркадий адвокату «Фонаря».

Все участники процесса стали перепроверять заявления вместе с судьёй. Владимир Свищёв зачитал один из абзацев, который оспаривался в обоих заявлениях: «Интересный факт: жена Геннадия Луценко состоит в президиуме федерации», и спросил у Шахвердова, как этот факт порочит федерацию (весь процесс Геннадий Луценко акцентировал внимание на том, что он уже развёлся с женой, — прим. «Ф».).

— Тут речь идёт о несоответствии действительности, — ответил Аркадий Шахвердов.
— К сожалению, этого мало для того, чтобы привлечь кого-либо по 152-й статье Гражданского Кодекса РФ. Нужно, чтобы она ещё и порочила, — возразила Светлана Кузеванова.
— Этим и порочит, — продолжал Шахвердов.
— Тем что она не соответствует действительности?
— А вы что не понимаете, что такое сплетня? — риторически спросил Аркадий Шахвердов, вызвав смех у всех, кто находился в зале суда.

«Потеря аппетита и ухудшение интимной функции»

На следующее заседание Геннадий Луценко уже смог явиться лично, и Светлана Кузеванова воспользовалась возможностью узнать у него, какие именно нравственные и физические страдания ему нанесла статья, раз он требовал компенсации морального вреда.

За Луценко ответил Аркадий Шахвердов: «Диктую. Записывайте по пунктам: утрата аппетита, нервная перевозбудимость, ухудшение сна, ухудшение интимной функции», — огласил список страданий Аркадий и добавил, что всё это подтверждается объяснениями самого истца.

Зал опять стал смеяться. Луценко смутился. Судья заулыбался и попросил Светлану Кузеванову продолжить.

— Вы требуете 200 тысяч рублей за нанесённый моральный вред федерации плавания. Какие именно нравственные и физические страдания были причинены федерации? — спросила юрист уже о требованиях федерации.

— Вы где учились? Это же юридическое лицо, как оно может страдать? — возмутился, составлявший иск Аркадий Шахвердов. — Если репутация выставлена в негативном свете, то это наносит моральный вред. Федерации стали меньше доверять. [...] В статье не было приведено мнение противоположной стороны. Сведения надуманные, общие фразы, которые сути не касаются, но формируют негативное отношение у читателей. Например, в статье указано, что массовое плавание взяли и задушили. Даже без кавычек (в заголовке эта фраза дана в кавычках, так как это цитата, которая принадлежит одному из тренеров, и далее в самой публикации она приведена целиком — прим. « Ф».).

Сам истец Луценко добавил, что считает репутацию федерации опороченной потому, что после статьи в организации начались проверки прокуратуры, ОБЭПа и региональных департаментов. Также он впервые заявил, что потерял работу в Центре спортивной подготовки — одной из трёх организаций, утверждающих список областной сборной пловцов, который как раз и упоминался в спорной публикации. К слову, в Центре спортивной подготовки также до публикации материала работала дочь президента областной Федерации плавания Анастасия Луценко.

Судью этот момент заинтересовал и он стал расспрашивать истца о деталях работы федерации. В частности, президенту пришлось рассказать, что пловцам компенсируют поездки на соревнования уже после их приезда. Но неожиданно эти сведения опровергла первая же свидетельница, приглашённая самим истцом, пловчиха Дарья Переверзева, которая заявила, что всё от проезда до проживания им оплачивают заранее (!).

Опросив всех заявленных истцом свидетелей, Владимир Свищёв уточнил, будет ли кто-то ещё из свидетелей на следующем заседании. Мы сказали, что хотим позвать Марию Войтюк, которая писала жалобы на работу федерации от лица родителей и присутствовала на упомянутом в публикации собрании тренеров, родителей и спортсменов.

— Войтюк? Да, она Феликса знает! — вырвалось у Аркадия Шахвердова. Кроме Аркадия и Геннадия Луценко, на тот момент Феликса не знал никто, поэтому все опять начали смеяться. На этот раз смешно было даже самому Владимиру Свищёву, который пошутил, что в отличие от Марии Войтюк не знает Феликса, но слышит его имя за время заседания уже в четвёртый раз.

Феликс и добровольные пожертвования

Тренер «Спартака» и член президиума Белгородской федерации плавания Феликс Сидельник, которого Луценко в начале процесса обвинял в том, что он вовремя не отправил отчёт, пришёл в суд, чтобы тоже выступить в качестве свидетеля со стороны истца. Он долго рассказывал о том, как у него получается работать в «Спартаке» и состоять в федерации, в которой у него никогда не возникало проблем с финансированием.

Главный редактор Андрей Маслов спросил у Сидельника, платит ли он и его спортсмены членские взносы. Тот ответил, что платят — 600 рублей в год, и пояснил, что все эти деньги тратятся на командировки спортсменов. Эти же цифры назвал сам Луценко, сказав что в общественной организации состоит 40 членов. Выведенные при умножении 40 на 600 — 24 тысячи рублей по словам Геннадия Луценко тратились на поддержание сайта, сдачу электронной отчётности и зарплату бухгалтера.

— Мы на вашем сайте в «контактах» нашли интересный адрес электронной почты — [email protected]. Вы можете сказать, кому он принадлежит? — спросил Маслов.

Луценко ответил, что может: ящик принадлежит Феликсу, потому что он занимается сайтом федерации.

Следующим свидетелем истцов был тренер СШОР № 3 и член президиума Белгородской федерации плавания Лев Гудаков, рассказавший, что «не увлекается интернетом», но статью прочитал, добавив, что в его время «за подобные сочинения ставили твердые два балла и оставляли на второй год».

— Кого топчет федерация? Вся наша система создана по образу и подобию мировых стандартов. Только федерация может развивать спорт. Вступление в федерацию — дело добровольное. Календарный план открыт для всех. Если бы не было федерации, мы бы все просто занимались массовым плаванием. От членов федерации я жалоб никогда не слышал. Все эти вещи в статье говорят люди, которые не являются членами. Они обращаются куда угодно, но только не в президиум с просьбой стать членами, — возмущался Гудаков.

Он подтвердил слова Луценко о том, что все собранные деньги тратятся на работу федерации. Однако, в свою очередь заявил, что региональное управление физкультуры и спорта всё-таки выделяет им бюджетные деньги (в течение заседаний истец неоднократно акцентировал внимание на том, что Федерация не получает бюджетного финансирования — прим. «Ф».), а также назвал совсем другую сумму собираемых членских взносов — 150 тысяч рублей, а не полученные ранее путём математических расчётов 24 тысячи рублей.

Фото Наталии Чернышовой

Из-за того, что ни один из членов президиума организации так и не смог внятно объяснить, сколько в федерацию поступает членских взносов и на что они тратятся, мы перешли к опросу свидетелей с нашей стороны. В суд явились тренер СШОР №1 Надежда Лихачёва и бывший председатель родительского комитета Татьяна Гостищева.

После того, как Надежда Лихачёва подтвердила свои слова, приведённые в публикации, Аркадий Шахвердов начал её опрашивать в свойственной ему манере: «Почему не будучи членом Федерации вы комментировали работу Луценко?».

— У нас демократия в стране и свобода слова, — парировала Лихачёва.
— Так называемый журналист с ваших слов пишет: «В 2014 году Лихачёва заплатила членские взносы». Это соответствует действительности?
— Да.
— Так вы заплатили членские взносы или сделали пожертвование?
— Ну, квитанция была. Может, где-то дома и лежит.
— Квитанция не имеет значения. Вы платили как член федерации или как благотворитель? В 2014 году вы были членом федерации?
— Я не помню, что было написано в бумажке, но я никогда не была членом федерации.
— Вы их членскими взносами не считаете, я правильно понимаю? — продолжил Аркадий Шахвердов.
— Почему не считаю? — удивилась Лихачёва. — Считаю!

— Вы человек в возрасте, значит, можете отличить членские взносы от нечленских? — спросил Шахвердов.

На этот раз даже сам судья посчитал, что вопрос задан в некорректной форме, поэтому он попросил Шахвердова задавать вопросы без «художественных образов».

— Далее журналист с ваших слов пишет: «В течение года моим детям не присваивали разряды». Ваши дети занимаются плаванием?
— Да, разряды не присваивали.
— Вы понимаете, о каких детях идёт речь?
— О спортсменах.
— Нет, речь о ваших детях, — выдал Аркадий Шахвердов.

В зале опять начался такой громкий смех, что судье пришлось призвать присутствующих к порядку, а Геннадию Луценко пришлось разъяснять всё, что наговорили свидетели. Речь президента Федерации плавания была настолько убедительной, что я даже попросил журналистов сделать два фото: одно на случай победы, а второе — если исковые требования всё-таки удовлетворят.

Фото Юлии Тимофеенко

Подделка документов и «страшные вещи»

На прениях выяснилось, что в единственном отчёте за 2015 год о расходовании федерацией средств (познакомиться с ним можно на сайте федерации, но ссылочку на него мы не будем давать, потому что по данным Яндекса, на сайте присутствует вредоносный код, который может заразить компьютер вирусом или получить доступ к личной информации.— прим. ред.) в качестве членских взносов было указано 130 тысяч рублей, а никак не 24 тысячи, о которых ранее говорил Луценко. К слову, о возможном сокращении числа членов федерации, которое бы объяснило бы такую несостыковку в суммах, истец во время заседаний ни разу не говорил.

— Как вы можете объяснить это расхождение? — задал вопрос Геннадию Луценко Андрей Маслов.
— Это были добровольные отчисления. У меня много друзей, которые помогают спорту, — отметил Геннадий Луценко.
— Почему тогда добровольные пожертвования вы занесли в членские взносы?

Истец повторил, что в отчёте представлены не членские взносы, а добровольные пожертвования. Другого ответа удалось от него добиться только тогда, когда Андрей Маслов продемонстрировал сам размещённый в интернете отчёт, где было указано, что 130 тысяч рублей — это именно членские взносы.

— Меня попросил так написать [Олег] Сердюков, — неожиданно признался Геннадий Луценко...

Далее Аркадий Шахвердов снова всех поразил ходом своих мыслей, цитируя слова героев публикации: «Свидетели ничего не подтвердили документально. При написании статьи надо хотя бы соблюдать этические нормы. Человек лежит на диване, кушает бутерброд, читает статью и заглатывает все эти страшные вещи: «последние из Могикан», «бьётся головой о бронемашину», «федерация душит массовое плавание»...

Сотрудник Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова опять прошлась по всем юридически значимым пунктам иска, объяснив их несостоятельность, а Андрей Маслов выступил с речью о сути работы журналистов, сравнив деятельность федерации плавания с «мутной водой» и сказав, что задача журналистов — сделать эту воду прозрачней.

***

На вынесение решения ни сам истец, ни его представитель не пришли. Владимир Свищёв зачитал решение о полном отказе в удовлетворении исковых требований и добавил: «По большому счёту, это была критика, и, на мой взгляд, на критику нужно было соответственно реагировать: нужно было принять какие-то меры и работать ещё лучше».


Редакция «Фонаря» благодарит всех тренеров и руководителей спортивных школ, которые подтвердили свои слова во время судебных заседаний, благодарит коллег, которые следили за процессом и поддерживали в зале суда (отдельная благодарность журналисту Наталье Чернышовой, которая отражала ход судебного процесса в публикациях на странице в «Фейсбуке»). И, конечно, самая большая благодарность — Центру защиты прав СМИ, который помогал редакции на всём протяжении судебного процесса. Редакция ценит поддержку всех перечисленных и их желание помочь. Спасибо вам всем!

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости