«Опорная нота — культура». Как директор белгородского центра «Октябрь» смог от «разбитого корыта» прийти к креативной экономике

Ксения Иванова пообщалась с директором арт-кластера «Октябрь» Дмитрием Алдаевым. Как сегодня в непростой обстановке ему удаётся руководить культурным центром и продолжать придумывать новые проекты — об этом четвёртая публикация авторского проекта Ксении «Люди в городе. Люди в Белгороде».

«Люди в городе. Люди в Белгороде» — это авторский проект Ксении Ивановой. Она берёт интервью у белгородцев, которые проявляют себя в искусстве, науке, образовании, бизнесе, управлении и других сферах. Она хочет показать, как человек живёт своим делом, которое приносит ему доход и даёт возможность самореализации, и при этом получает удовольствие от процесса достижения целей и их результата. Она уже погрузилась в мир фотоискусства, познакомившись поближе с фотографом Тимофеем Колесниковым, поговорила о музыке с уличным баянистом Евгением Мартишиным. Третий герой её проекта разбирается, как искусственный интеллект можно сегодня использовать в рентгенологических исследованиях. Новым героем спецпроекта стал Дмитрий Алдаев.

Дмитрий Алдаев руководит арт-кластером «Октябрь» с июня 2021 года. За плечами Дмитрия приличный управленческий опыт: до прихода в «Октябрь» он возглавлял корпорацию «Развитие». До этого трудился в городской и областной администрациях: в 2016 году руководил работой департамента экономического развития администрации Белгорода, а до конца января 2018 года занимал должность первого вице-мэра Белгорода. После перешёл работать заместителем председателя представительства Белгородской области при правительстве России, а потом возглавил управление инвестиций и инновационной политики департамента экономразвития Белгородской области.

— Дмитрий, когда я узнавала про вашу биографию в открытых источниках, то поняла, что вы профессиональный юрист. Расскажите, почему Вы получили это образование, какая у вас квалификация по диплому и работали ли вы в юридической сфере? Получали ли Вы ещё высшее образование или проходили иные курсы повышения квалификации?

— Ксения, я действительно закончил в 2009 году с отличием Белгородский юридический институт МВД России. Почему юрист? [На это повлияли] два важных момента в моей жизни. Во-первых, оба моих родителя — и отец, и мама — служили в полиции. Мама — майор юстиции в отставке, следователь, отец — прапорщик полиции, погиб от заболевания, полученного во время служебных командировок в зоны боевых действия, награждён Медалью за заслуги перед Отечеством второй степени. Именно это, наверное, и сыграло основную роль при выборе профессии и вообще выборе вуза. Ну, и второй фактор: когда я родился, первое, что я сделал, — снял маску с лица медицинской сестры. В тот момент врач, который принимал роды, сказал, что я точно буду полицейским.

Еще на пятом курсе я устроился работать по специальности в правовой отдел администрации Белгородского района, после этого работал и в своём вузе, и в отделе кадров областного УМВД России, и юристом в частной компании, сам даже был индивидуальным предпринимателем и оказывал правовые услуги юридическим лицам.

Каждое новое направление работы обязывало меня учиться, поэтому я всегда учусь. Я закончил курс профпереподготовки в РАНХиГС при Президенте РФ по направлению «Муниципальное и государственное управление», прошёл повышение квалификации по направлениям: «Управление развитием региона», «Проектное управлению в государственном секторе», «Механизмам реализации государственно-частного партнерства», «Инновационное предпринимательство», «Управлению социально-экономическим развитием региона». Последнее, где обучался, Институт молодёжной политики.

Со сферой культуры у меня связано повышение квалификации по направлению «Управление в сфере культуры и искусства: управленческие компетенции, экономическое и правовое регулирование». Но самое неожиданное для меня — это, конечно, пройденная программа повышения квалификации в Российской академии музыки имени Гнесиных по теме «Экосистема креативной деятельности — управление процессами и результатами: создание, оформление, защита монетизация и оборот». Поэтому мне кажется, что я вечный студент.

— Что дало Вам юридическое образование для понимания общих процессов движения и развития общества нашего региона в сфере экономики и культуры? Я не случайно спросила про экономику, потому что знаю, что Вы были тесно связаны с этой деятельностью.

— Юридическое образование — это база, которая заложила основу понимания всех процессов в государстве и обществе.

Мне кажется, что обучение юриспруденции должен проходить каждый, потому, что каждый человек и в работе, и в жизни сталкивается с множеством правовых вопросов, без понимания и знания которых очень сложно в наше время.

Если говорить про основы экономики и предпринимательства, то они вшиты в программу обучения юристов: это и предпринимательское право, и основы экономики, и гражданское право в полном объёме, и авторское право. Поэтому юриспруденция — это основа основ, которая дала мне возможность работать в разных отраслях.

— Хочу отдельно спросить про работу в Корпорации «Развитие», если позволите. Вы работали в очень сложном секторе инвестиций и решали вопросы привлечения в нашу область экономических партнёров и проектов. Что из концепций (бизнес-планов и пр.) инвестиционного сектора переродилось в концептуальную или бизнес-форму для культурного развития области? Может быть, ещё в процессе перерождения и трансформации?

— Если говорить про период работы в Корпорации, то самые яркие проекты — это проекты, связанные с развитием тепличного овощеводства в регионе, создания нового направления по выращиванию интенсивных садов, созданию мощностей по производству аквакультуры. Такие проекты как «Форелевый рай» в Новооскольском городском округе, тепличные комбинаты в Белгородском районе, сады в Краснояружском и Грайворонском районах.

Это те производства, которые создавались с нашим непосредственным участием с выделения земли и доходили до запуска в производство. Сейчас, конечно, это проекты в креативном секторе экономики: создание креатив-тауна в Центральном парке, переосмысление формата работы и культурного центра «Октябрь» как нового формата учреждений культуры, которые дают возможности реализоваться творческой молодёжи в формате предпринимательства. Вот тут и произошло пересечение экономики и культуры, которое породило новое направление — креативную экономику.

Дмитрий Алдаев, фото из личного архива

— Дмитрий, Вы пришли руководить «Октябрём» 17 июня 2021 года, в этом году у Вас дата — три года руководства организацией. Расскажите про первый год управления. Что Вам далось сложнее всего в эмоционально-психологической аспекте, в целеполагании и в реализации конкретных проектов? И было ли в этот год ощущение, что некоторые вещи (в ментальном смысле слова) будто перекочевали из прошлой деятельности?

— Первый год работы в КЦ «Октябрь» был самым сложным: новый коллектив, новые задачи, которые формировались в процессе работы. Понимание работы креативного кластера «Октябрь» рождалось в процессе деятельности и выстраивания внутренней работы учреждения.

Главное было — не превратить пространство в храм пустоты и тишины, при этом мы же учреждение культуры, поэтому это тоже накладывает определённые обязательства и встраивает в модель свои механизмы работы, иногда очень успешные, например если говорить о «Пушкинской карте» (она позволяет школьникам и студентам бесплатно посещать учреждения культуры — прим. Ф.).

Всё пришлось собирать с нуля, выстраивать взаимоотношения с партнёрами, искать успешные практики, дорабатывать их. Нам нужно было «выстрелить» в первый же год работы, чтобы задать себе хороший темпо-ритм на дальнейший период. Некоторые вещи мы брали из отраслей экономики и предпринимательства, ведь работаем мы с резидентами, которые являются либо самозанятыми, либо индивидуальными предпринимателями.

Если говорить про эмоционально-психологическое состояние, то можно было себя сравнить в первый месяц работы с героиней сказки Пушкина, которая осталась у разбитого корыта, но энтузиазм был нереальный. До сегодняшнего дня я постоянно нахожусь на работе и не важно и не страшно, что без выходных, что под обстрелами, что не всё иногда получается. Главное — есть огромное желание работать, «Октябрь» для меня — это скорее дом, нежели чем работа.

— Дмитрий, какие проекты в период вашего руководства успешно были реализованы?

— Начинать всегда нужно с малого, поэтому первый проект был — небольшой образовательный, на который мы получили с командой грант, он был реализован для детей и молодёжи с «безграничными» возможностями. Самый, наверное, тёплый и добрый проект «Без границ».

Потом были фестивали культурных людей «Лампа», два года подряд, граффити фестиваль «Движение» и «Движение 2.0», музыкальный проект «Территория мира» и ещё проекты, которые в реализации сейчас.

На самом деле самый главный проект — это сам «Октябрь», ведь любое мероприятие в нём — это мини-проект, мини-инициатива самой молодёжи города. Ведь главная наша задача — не навязывать свои инициативы, а помогать реализовывать инициативы ребят, которые приходят к нам в «Октябрь».

Встреча с губернатором, фото из личного архива Дмитрия Алдаева

— Приходилось ли с командой «Октября» за кроткий срок создавать проект с нуля? Продумывать концепцию, экономическое обоснование, этапы развития и заодно результаты? И находил ли этот теоретический проект дальнейшее развитие в жизни?

— Грантовые проекты «Октября» — это в основной части и есть такие спонтанные идеи, которые рождаются в нашей команде между грантовыми конкурсами. Наша задача в короткий срок придумать идею, экономическое обоснование проекта, и на это у нас есть всего несколько недель. Иногда у нас даже получается: за три года мы привлекли грантов больше чем на 15 миллионов рублей.

— Дмитрий, поделитесь мнением об арт-кластерах в Белгородской области с точки зрения их реализации и внедрения. Напомню, что арт-кластер — это культурное или бизнес-пространство, которое объединяет под своей крышей несколько направлений для деятельности (театры, кино, семинары, кафе и пр.). Когда-то «Октябрь» был кинотеатром, насколько я знаю, теперь это культурное пространство со своей идеологией. Так почему реализация арт-кластеров стала возможна в Белгородской области в наше десятилетие? Почему не раньше, не в 2008, к примеру? Что с этим связано: развитие психологии поколений, экономическое развитие или естественные смены этапов развития общества?

— Если говорить про арт-кластеры и арт-резиденции, то они не появились вчера, они были и раньше. Крупные игроки — «Винзавод», «Флакон», ЦСИ «Фабрика» в Москве — появились давно. В регионы такой формат, конечно, пришёл не так быстро, и он, кстати, не всегда так востребован в небольших регионах. В Белгороде было всего несколько пространств такого наполнения: «Мануфактура», «Арта», и их было достаточно. Сейчас сеть пространств тоже претерпела изменения, появился «Октябрь», «ЦМИ» и другие.

Формирование крупных кластеров связано с развитием экономики: все, кто создавал что-то своими руками, стали выходить из теневого сегмента экономики, всем понадобился рынок сбыта креативной продукции, а этой продукцией ни в магазине, ни на рынке не поторгуешь.

Для этого все стали формировать те самые «третьи места», которые создают точки притяжения творческой молодёжи, там же и сформировались точки продаж креативных продуктов. «Октябрь» был летним кинотеатром, но индустрия кино сейчас расширилась до кинотеатров в ТЦ, где можно и кино посмотреть, и покупки сделать, и развлечения найти.

На защите проекта, фото из личного архива Дмитрия Алдаева

«Моноздания» кинотеатров потеряли свою привлекательность. Да и у молодёжи города не было своего «дома», так и появился формат «Октября». Мы не называем себя кластером, мы арт-пространство, арт-резиденция. Чтобы стать кластером, нам ещё расти и расти надо.

— Как изменились условия работы с 2022 года? Где меньше стало свободы и где больше ответственности?

— На самом деле, условия работы не изменились, поменялись направления в творчестве, стало много контента в поддержку военнослужащих и участников СВО, больше событий патриотической направленности, больше благотворительных мероприятий, мероприятий в поддержку любимого города, больше мероприятий со смыслом, — я бы так сказал. И мы тоже стали по-другому относиться к культуре нашей страны, в том числе и народной культуре. Свободу никто не ограничивал, молодёжь сама пересмотрела свои взгляды на происходящее. Ответственности стало больше и в нас самих за воспитание подрастающего поколения.

— При составлении вопросов для Вас в моей голове родился образ суждения: «Экономика как тональность культуры». Конечно, это связано с тем, что любая творческая идея, выдвинутая в социум для реализации, должна быть экономически продумана. Так что будет опорной нотой в этом суждении — экономика или культура?

— Всегда опорная нота — это культура, только на ней основываются все идеи, главное в ней, конечно, не заработок, а попытка донести смыслы. Не всегда культурный проект — экономический, в большей части скорее, наоборот, некоммерческий. Если мы говорим, конечно, о культуре в государственном смысле слова.

Если говорить о бизнес-проектах, то в них экономическое обоснование всегда основа основ. Бизнес-план гораздо важнее контент-плана или тайминга мероприятий. Поэтому всё в проектах зависит от целей, именно поэтому их пишут в максимально оцифрованном формате с конкретными датами и результатами. Так что при планировании проектов начинайте с цели, а потом поймёте, проект это бизнесовый или некоммерческий, из неё же вы поймёте и целевую аудиторию проекта, и охваты.

Мы, кстати, стараемся помогать нашим резидентам в упаковке их проектов. Потому что творческим людям всегда нужна помощь особенно в плане смет, бюджетов и бизнес обоснований.

Дмитрий Алдаев, фото из личного архива

Ксения Иванова

Публикации спецпроекта «Люди в городе. Люди в Белгороде»

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.

Похожие новости

Повторяй и властвуй. Как белгородский фотограф ищет и находит в фотоискусстве собственный стиль

Повторяй и властвуй. Как белгородский фотограф ищет и находит в фотоискусстве собственный стиль

Голос народа. Как профессиональный музыкант стал белгородским уличным певцом

Голос народа. Как профессиональный музыкант стал белгородским уличным певцом

«Продлить время, чтобы побыть рядом». Как белгородский аспирант создаёт виртуального ассистента рентгенолога

«Продлить время, чтобы побыть рядом». Как белгородский аспирант создаёт виртуального ассистента рентгенолога

Директором белгородского культурного центра «Октябрь» стал Дмитрий Алдаев

Директором белгородского культурного центра «Октябрь» стал Дмитрий Алдаев

Белгородцам рассказали, как преодолевать стресс

Белгородцам рассказали, как преодолевать стресс

«Я спросил у...». Разговор с нейросетями о будущем смартфонов

«Я спросил у...». Разговор с нейросетями о будущем смартфонов

Человек месяца. Создатель бота для поиска укрытий Андрей Созыкин: «Моя социальная ответственность — помогать, если есть возможность»

Человек месяца. Создатель бота для поиска укрытий Андрей Созыкин: «Моя социальная ответственность — помогать, если есть возможность»

Человек месяца. Создательница белгородского «Дома мамы» Александра Дубова: «Я хочу показать женщинам, что есть другая жизнь»

Человек месяца. Создательница белгородского «Дома мамы» Александра Дубова: «Я хочу показать женщинам, что есть другая жизнь»

«Не могу пропускать всё, что происходит вокруг». Как житель Корочи оставил работу и стал зарабатывать на паблике «Короча наизнанку»

«Не могу пропускать всё, что происходит вокруг». Как житель Корочи оставил работу и стал зарабатывать на паблике «Короча наизнанку»

Особенные дети. Как финалист конкурса «Педагог-психолог России» из Белгорода помогает детям с аутизмом

Особенные дети. Как финалист конкурса «Педагог-психолог России» из Белгорода помогает детям с аутизмом