​«Мне нужно было выдвинуться, чтобы встряхнуть ситуацию». Интервью кандидата в мэры Белгорода Сергея Тараканова

Одним из трёх кандидатов на пост мэра Белгорода стал генеральный директор «Белводоканала» Сергей Тараканов. В интервью специальному корреспонденту «Фонаря» Владимиру Корневу Тараканов впервые рассказал о своих политических амбициях и попытался объяснить, почему не является техническим кандидатом.

Сергей, в «Белводоканал» вы пришли в 2013 году из «Агро-Белогорья». Чем занимались в агрохолдинге?

— Последнее, чем занимался, — был проектным менеджером. Начинал в «Агро-Белогорье» с 2010 года, сначала работал инженером по комплектации оборудования. Там меня увидели, заметили и предложили должность проектного менеджера. Реализовал несколько довольно крупных проектов.

Кто увидел и заметил? Непосредственно Владимир Зотов?

— Наталья Королькова, непосредственный руководитель. Ну и Владимир Фёдорович. Он вёл более серьёзные планёрки, я там тоже докладывал. Наверное, и он [тоже] обратил внимание.

Как бы вы описали отношения с Владимиром Фёдоровичем сейчас?

— Когда я ушёл в «Белводоканал», то было мнение, что я его родственник... Это не так, но когда меня сюда ставили, я думаю, что Владимир Фёдорович порекомендовал тоже (улыбается).

Сейчас с «Агро-Белогорье» у нас связей не осталось. Они не дают финансирования, не участвуют в бюджетировании, не проводят проверок. Сейчас отношения такие: строится какой-то объект, меня приглашают как директора «Белводоканала», чтобы обеспечить водоснабжение, водоотведение.

А человеческие отношения?

— Он меня с днём рождения поздравляет, и я его (смеётся).

Зачем вообще «Агро-Белогорью» понадобился «Водоканал» в 2013 году?

— Да он и не понадобился, Владимир Фёдорович не хотел...

Были же разговоры об инвестировании, концессии...

— Были разговоры, и сейчас идут, о концессии. Но не с «Агро-Белогорье». Концессионером может и должна стать администрация области. Теоретически концессионером может стать любой московский: «Росводоканал», РКС... Насколько это нужно белгородскому водоканалу — я думаю, не нужно.

Сергей Тараканов, фото belschool45.ru

Но ведь вы не один человек, который ушёл тогда из «Агро-Белогорья».

— А кто ещё?

Королькова.

— Нужно было время, грубо говоря, чтобы меня контролировать, курировать. Потом когда увидели, что я встал на нужные рельсы, — всё.

Я правильно понимаю, что интересов у «Агро-Белогорья» в «Белводоканале» не было?

— Не было и сейчас нет.

В 2013 году вы говорили: «Мы должны обеспечить постоянную безаварийную подачу воды и приём сточных вод. Одним из первых мероприятий станет капитальный ремонт главной насосной станции по перекачке стоков. Её состояние вызывает у нас наибольшее беспокойство». Удалось реализовать?

— Не всё. Да, действительно, состояния насосной станции вызывало опасение, но мы постоянно контролировали ситуацию. Последние анализы нам проводил воронежский институт. Показали, что ситуация тяжёлая. Но, что завтра разрушится — такого нет. В 2016 году мы сделали проектно-сметную документацию, которая прошла государственную экспертизу. Пять лет её можно использовать, поэтому нам нужно приступать. Мы будем находить денежные средства. Ориентировочно — около 280 миллионов рублей. Это проект двух-трёх лет.

Но вы говорили об этом в 2013 году. Сейчас 2018. Что не так?

— Финансирования нет.

Это проблема действий властей или сугубо ваша?

— Мы государственное унитарное предприятие, у нас есть тариф, который мы доказываем, что недостаточен. Но рост тоже не можем обеспечить серьёзный, потому что есть индекс роста платы граждан 4 процента, который мы не можем превысить. У нас есть инвестпрограмма, которая выполняется за счёт платы за подключение. К сожалению, сейчас пошла тенденция после ситуации с Украиной, что строительство уменьшает обороты. Меньшееколичество застройщиков обращаются за техподключением. Хватает денег на ремонт аварийных ситуаций: например, коллектор на Михайловском шоссе . Это те сети, которые пришли в непригодность, и если рвутся, то много человек остаётся без воды. Поэтому мы перекидываем туда финансирование.

В 2013 году «Белводоканал» был убыточным предприятием. До сих пор?

— Нет. Мы прошлый год закрыли с плюсом около 16 миллионов рублей.

Одним из условий нормальной работы предприятия вы называли взаимопонимание между вами и властями. Оно есть?

— Взаимопонимание есть, финансирования нет и помощи в канализовании неканализованных участков. Это один из тех пунктов, с которыми я иду на выборы с тем, чтобы показать, что эта проблема есть. И решаться она должна не силами «Водоканала», а силами муниципалитета — это не наша ответственность.

Какие проблемы кроме канализации есть в городе?

— Реконструкция городских очистных сооружений. Мы сделали большой проект, сейчас по оценкам нужно 2,7 миллиарда рублей, чтобы провести комплексную реконструкцию. Есть на очистных более аварийные места, которые нужно делать в первую очередь. Это первичные отстойники, и мы начали заниматься ими.

Напомню, у нас очистные сооружения строились в две очереди: 76-й и 86-й год. Первая очередь отстойников была выведена из работы ещё лет десять назад. И сейчас мы один реконструировали, планируем ещё один в этом году, на следующий год ещё два.

Если объёма отстойников будет не хватать, то следующий этап очистки — аэротэнки — не смогут работать, и на выходе мы не добьёмся качественных показателей. Там уже видно, что бетон подизносился и надо делать ремонт.

Короче, пяти лет, которые вы занимаете этот пост, вам мало на что хватило?

— Финансирования очень мало. Могло бы быть от района и города, если бы власти захотели.

Почему не хотят?

— Я думаю, что у бюджетов много других проблем, куда эти деньги тратятся. Вы же видите, сколько у нас всего: капитальные ремонты, благоустройство территорий, дороги делаются. Видимо, они приоритеты немного туда увели.

Когда я уезжал к вам, то увидел в сети новое видео с жёлтой водой на Чапаева. Это вообще масштабная проблема?

— Нет. Надо разобраться, почему так. Первое: может быть у нас какая-то авария, как следствие срыв потока. При порыве трубы у нас увеличивается скорость движения воды. Всё равно на трубе какие-то грязные частицы накапливаются. Когда происходит порыв, то происходит срыв отложений, и человек может открыть кран и увидеть эти железистые отложения. Для этого нужно промывать сети: у нас есть так называемые «мокрые» колодцы, открывается кран, и вся эта вода должна уходить туда. Соответственно на Чапаева что-то могло пойти не так.

Вторая сторона: у нас граница разграничения ответственности до стенки здания. После стенки начинается ответственность управляющей компании. Тут тоже иногда сталкиваемся, что управляющая компания проводила какой-то ремонт: сбрасывала воду, потом заполняла. Опять же, какие-то отложения могли у них отвалиться, после проведения ремонта первый десяток литров воды идёт жёлтым.

Ужас в Белгородском районе — не ваша компетенция?

— Ужас какой? (улыбается)

Люди несколько лет жалуются, что у них везде ж ёлтая вода. Или ч ёрная.

— Жалобы действительно есть, но надо разобраться, о чём идёт речь. Есть сети, которые строит БИК. У них период строительства. БИК сам говорит: ребята, у меня с вами договор на техническую воду. Я когда достроюсь, построю станцию обезжелезивания, у вас будет хорошая СанПиновская вода. До тех пор, извините, период строительства.

Может этот период строительства и подзатянулся, я за БИК не могу отвечать. Но пока БИК не передал нам эти сети, «Водоканал» не отвечает.

Когда должны передать?

— Процесс уже запущен. Курирует всё это дело Юрий Владимирович Галдун (заместитель губернатора — начальник департамента ЖКХ — прим. «Ф».) . Уже в этом году из 50 микрорайонов около десяти должны нам перейти.

Когда они к вам перейдут, всё будет хорошо?

— Когда нам передают микрорайоны, мы как ресурсоснабжающая организация и гарантирующий поставщик обязаны подавать людям воду СанПиновского качества. Соответственно ответственность будет уже на «Водоканале». При приёме первое, что мы делаем, мы говорим: «Ребята, мы вас проверяем на показатели СанПина. На скважине вода может быть с превышениями, дальше водоподготовка идёт, и уже на выходе у вас должно быть всё хорошо. Если анализы плохие, то заворачиваем. Если хорошие — берём и обязаны отвечать за качество подаваемой воды».

В десяти микрорайонах как скоро вы должны взять себе сети?

— Думаю, в октябре мы примем.

Остальные 40?

— Там сложнее. Есть примерно 20, которые только в следующем году будут приниматься, и там работы ещё много. Ещё микрорайонов 15 передадут весной или летом. Оставшиеся, надеюсь, к концу 2019 года.

Вы сами приняли решение, чтобы идти в мэры?

— Я принял сам. Самовыдвиженец, не состою в партиях. Мне стало интересно. Я уже обозначал, что есть такая проблема, и город нас не слышит. Может быть, после проведения выборов и Константин Алексеевич заинтересуется: чего Тараканов-то пошёл, что ему надо? (улыбается). И в принципе, объективно оценивая шансы, даже если не пройду, то надеюсь, что посыл будет принят правильно.

Вы правда хотите, чтобы я поверил сейчас, что Полежаев был не в курсе, что вы пойдёте в мэры?

— На каком-то этапе наверное он узнал, когда я собрался и пошёл брать определённые документы. Но сначала не знал.

Возникает полное ощущение красивого спектакля. Есть действующий мэр, для легитимности выборов ему нужны оппоненты. Кого берут? Условного «либерала» Сергея Данькова из партии с нулевым процентом и крепкого хозяйственника Сергея Тараканова. Соответственно, вы абсолютно технический кандидат. Я бы хотел послушать аргументы, почему это не так.

— Я не знаю насчёт спектакля. Сейчас три человека участвует, честно говоря, я думал будет больше. Собрать перечень необходимых документов для подачи заявления на участие в выборах оказалось сложнее, чем я думал, — оказалась серьёзная пачка документов. Почему я не технический кандидат? Я объективно оцениваю шансы и понимаю, что их меньше, чем у действующего мэра. Но мне нужно было выдвинуться, чтобы немножко встряхнуть ситуацию. Если бы меня не было, было бы вообще двое.

Я иду с тем, чтобы показать существующие проблемы в своей сфере. Мне всё это больше знакомо изнутри — я 4,5 года возглавляю «Водоканал» и мне кажется, что у меня понимания больше, чем у Константина Алексеевича. По остальным аспектам может он меня переиграет.

Депутаты же будут выбирать в целом, а не по конкретной специфике работы. Зачем тогда идти в мэры?

— Я же говорю: шансы невелики, но я хочу, чтобы меня услышали. У меня много обращений от самих депутатов: «Сергей Владимирович, помогите с канализованием старых неканализованных микрорайонов». Канализование — полбеды. Экологический аспект: у нас несколько водозаборов располагаются в черте Белгорода. Старые микрорайоны ИЖС располагаются недалеко от водозаборов. И есть опасение, что если мы не наведём порядок, то качество воды может ухудшиться.

Поясню, представьте, что все отходы жизнедеятельности стекают в септики или в выгребные ямы. Более половины из них, а может и все 80-90 процентов, негерметичны, то есть дренируют. Глубина скважин, из которых подаётся вода, приблизительно сто метров...да, земля фильтрует долго, но всё равно не может же она вечно фильтровать. Когда-нибудь увидим — ой, а что же водичка у нас стала такого качества? Нитраты могут попереть. Эту проблему надо указать.

Сколько раз вы выступали перед советом депутатов за последний год?

— Мы перед депутатами отчитываемся только об инвестпрограмме.

Я к тому, что у вас наверняка есть возможность объяснить эту проблему лично Полежаеву или Галдуну. Зачем идти в мэры, чтобы озвучивать это, тем более, что выборы не прямые? Вс ё равно выбирают те же самые депутаты, перед которыми вы отчитываетесь.

— Уровнь то не тот. Могут и не захотеть слышать. Степень проникновения другая будет.

Почему вы не в «Единой России»?

— Да как-то не сложилось (улыбается). Предлагали, но как-то то времени не было, то... не дошёл. Хотя все хотят наверно быть в ней... Ну, большинство.

Большинство из кого?

— Из голосующих. Не то, что быть. Большинство этой партии придерживается и за неё голосует.

Предположим. Но голосовать за партию и быть в партии — разные вещи.

— Наверное, да. Но большинство партию поддерживает и большинство к этой партии относится положительно.

В «Белводоканале» есть разнарядки, чтобы ходить на выборы и голосовать за конкретную партию и людей?

— За определённых людей и партию — нет. А так было собрание, три вопроса, один из них — выборы в городской совет депутатов. Там я сам призывал, что надо прийти и проголосовать. И Георгия Георгиевича Голикова мы пригласили, он знает, что такое «Белводоканал», и мэром был, и смог сравнить, как было раньше, как сейчас и что нужно выбрать людей, которые будут продолжать принимать важные решения. За кого-то конкретно — никогда не призывал.

Вы закончили с аргументами, почему вы не спойлер?

— Я не знаю, стоит говорить или не стоит...

Стоит.

— Некий может быть пиар.

А зачем?

— Я не скажу, что я какой-то мегакарьерист. Но сейчас я в «Белводоканале». Изо всех сил стараюсь и делаю, чтобы предприятие работало хорошо. Когда-нибудь я, наверное, упрусь, наведу здесь какой-то порядок, и захочется чего-то большего. И это на будущее пригодится: Тараканов — какой молодец, здесь навёл порядок, на мэра не получилось, а может через пять лет получится?

Какие у вас политические амбиции?

— Они в зародышевом состоянии. Почему бы лет через пять ещё раз не подать на мэра и не победить?

А промежуточная ступень? Можно стать вице-мэром по ЖКХ.

— Вице-мэром... Нет.

Почему?

— У вас же есть, наверное, информация, что создаётся областной «Белводоканал». Все районы войдут, уровень будет повыше. И опять же, если переходить на пост мэра, это должен быть крепкий район.

Место Веретенникова займёте, если предложат? Если ещё не предложили.

— Не предложили. Сейчас не займу. Когда мэр приходит, у него своя команда, и он делает так, как видит. Если я сейчас приду к Полежаеву (я не знаю, почему ушёл Веретенников), то у него свои требования и, как минимум, придётся от чего-то отказаться. У меня не будет той полноты управления.

То есть вы хотите быть руководителем или лучше не быть никем?

— Сейчас — да. У меня есть «Белводоканал», который развивается. И если на что-то переходить, то руководить там, где я смогу создать свою команду.

Кого бы вы поставили своим вице-мэром по ЖКХ?

(смеётся) Это был бы человек из «Водоканала». Мне свои ребята ( водоканальцы) предлагали стать депутатом. Вообще я не завишу ни от какой партии, мне согласовывать ни с кем кандидатуру не надо.

Но вы же не можете сказать, что вообще ни с кем не согласовывали выдвижение?

— Меня кто курирует? Департамент ЖКХ. Я подошёл к Юрию Владимировичу Галдуну, спросил, можно я попробую? Он сказал: «Оно тебе надо? Зачем?». Я ответил, что попытка не пытка. [Он ответил:] «Хочешь — иди».

Это был единственный человек, с которым вы согласовывали?

— Да.

«Я полностью поддерживаю политику предыдущих мэров, действующего Константина Полежаева », — сказали вы пару дней назад. Вам не кажется, что кандидат в мэры должен оппонировать действующей власти? Вам не кажется, что такие, не хочу обидеть вас, травоядные кандидаты как вы и Даньков и делают так, что люди не верят в выборы?

— Слово интересное — «травоядные» (смеётся).

Я имею в виду, что вы идёте с позицией, что вас всё устраивает, но есть проблема с канализацией, я её озвучиваю, чуть-чуть пиара для себя и всё. Хотя на настоящих выборах кандидат начинает баттл с основным фаворитом, чтобы люди поняли разницу между ними и осознали, кто явно лучше.

— Надо было вам попробовать заявиться, Владимир (смеётся).

Мне только что исполнилось 25 лет, рановато.

— Понял. Позиция интересная и правильная. У меня первый опыт. Чёрт его знает... (смеётся). Очернять кого-то — неправильно.

Зачем очернять? Сказать, что вот, Полежаев, неправ, например, в трёх вещах. Раз, два, три. Вместо этого вы говорите: «Я полностью поддерживаю политику предыдущих мэров Белгорода». То есть Боженова вы тоже поддерживаете?

— Давайте я поясню. Я считаю, что наш город — я сам родился в Белгороде и видел процесс — за эти годы преобразился очень сильно. Мы идём и развиваемся, автоматизируемся, мне веяние это полностью импонирует. Я присутствовал, когда Сергей Андреевич уходил с поста мэра. Прозвучало, что он, когда приходил, понимал ту планку, которая задана и что ниже нельзя, а надо расти и расти. То же самое он и Полежаеву сказал.

Вы не считаете, что это нормально, когда мэр делает город лучше?

— Конечно, нормально. Так за счёт чего это делается? Кто-то может на словах, а кто-то на деле. Мы сейчас всё делаем правильно, но всегда есть что изменить, что-то где-то по-другому сделать. Сейчас ведутся работы по поддержке малого бизнеса — я считаю, что нужно больше уделять этому финансов, поддержки. Статистику смотрел, у нас сейчас замедление идёт в этом направлении.

Я правильно понял, что вы считаете Боженова хорошим мэром?

(смеётся) Я считаю всех мэров хорошими.


P.S. В беседе после интервью корреспондент «Фонаря» и Тараканов обсудили систему проведения конкурса на пост мэра Белгорода; кандидат удивился, что комиссия может не допустить его до итогового голосования депутатов и пояснил, что не знал об этом, пообещав корреспонденту «получше подготовить программу».

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости