У них нет кнопки «отказаться». Что происходит на подстанции скорой в ожидании нового вызова?

Почему фельдшеры привыкают к чёрному юмору, кто вызывает скорую с температурой 37 и что заставляет медиков оставаться в профессии с окладом в 28,5 тысячи рублей — в нашем репортаже.

---

От 70 до 100 вызовов в сутки

Утро. Во дворе стоят две машины скорой помощи — видимо, пока вызовов нет. У здания больницы сидит бригада, рядом с ней меня встречает старший фельдшер — Оксана Викторовна. Она показывает помещение, в котором обычно находятся работники, а затем и свой кабинет. Коридоры выглядят по-старому, но ухожено: зелёные стены, стулья и скамейки. На стене доска объявлений с картой Строителя и «шпаргалки» для бригад скорой помощи алгоритмы действий при разных случаях. В кабинете Оксаны Викторовны сидит ещё один человек — Наталья Егоровна, она тоже старший фельдшер.

— У нас, старших фельдшеров, больше бумажной и организационной работы. Бригада же выезжает и оказывает помощь на месте и при необходимости госпитализирует пациента, — рассказывает Оксана Викторовна.

Она объясняет, что весь регион обслуживает станция скорой медицинской помощи Белгородской области. В ней десять подстанций: Алексеевская, Борисовская, Валуйская, Губкинская, Старооскольская, Центральная, Чернянская, Шебекинская, Южная и Яковлевская, которые обслуживают соответствующие районы (за исключением Южной, конечно, — прим. Ф.).

— Конкретно эта Яковлевская подстанция имеет пять постов, они расположены в Яковлевском, Ивнянском и Прохоровском районах. В совокупности на смене дежурят десять бригад, в самом Строителе — четыре.

— Как часто приходят вызовы?

— Часто. За смену от 70 до 100 вызовов на нашу подстанцию. Я веду отчёты и провожу анализ вызовов по постам: в Строителе, Верхопенье, Ивне, Томаровке и Прохоровке.

Вызовы, как объяснила Оксана Викторовна, принимают в ЕДДС — Единой дежурно-диспетчерской службе — откуда поступают ближайшей свободной бригаде на планшет.

— Территория обслуживания достаточно большая, и при большой загруженности бригады выезжают на вызовы независимо от расположения поста.

Я вышел из кабинета и сзади услышал сирену. Оказалось, это не привычные оповещения о ракетной или беспилотной опасности, а знак того, что бригаде пора выезжать — именно таким звуком на рабочие планшеты приходят вызовы.

«Люди падают с деревьев»

Спустя пару секунд после вызова всё зашевелилось: сотрудники оставили обед, быстро вышли на улицу, сели в машину и уехали.

— Теперь вы их не поймаете, — в шутку сказала мне Оксана Викторовна, после чего вопросы о свободном времени бригады отпали — его почти нет: только на проверку и комплектацию медицинских укладок, проверку к готовности работы аппаратуры и быстрый перекус.

Бригады работают круглосуточно, во время пересмены нужно успеть проверить автомобиль, пополнить препараты, осмотреть состояние аппаратуры. Перерывов нет. Выезжают на всё: роды, ДТП, повышенная температура.

На скорой вызовы делятся на категории — между теми, что действительно угрожает жизни, и теми, где состояние не критичное, выбирают первый вариант.

— Бывает, звонят и говорят: «Я же вижу, вон, скорая во дворе стоит!». Но они забывают, что некоторые машины стоят в резерве, а у самой бригады может быть большая загруженность. Особенно во время жары или нестабильной погоды приходится выезжать чаще.

Например, сейчас — сезон сбора вишен, люди падают с деревьев. Из-за погоды у многих проблемы с давлением. Помимо этого, часто случаются ДТП — либо превышают скорость, либо не спешиваются с самокатов или велосипедов.

— Куда доставляют пациентов?

— У нас есть схемы маршрутизации. Если это ДТП, тогда доставляем во вторую городскую больницу [Белгорода]. По другим диагнозам своя маршрутизация, но, в основном людей из нашей подстанции везут в Строитель. И если человек прописан в Белгороде, а приехал сюда на дачу и пострадал, его привезут сюда, а не в город.

***

Дальше по коридору комната, где хранятся медикаменты. Тут работает Анастасия — фельдшер кабинета подготовки медицинских укладок. Она комплектует, принимает, пополняет и контролирует запас лекарств.

Основа коллектива — опытные медики, которые работают здесь давно. Лишь с недавнего времени на станцию скорой помощи приходят практиканты.

— После дистанционного обучения многие студенты чувствуют пробелы. А нигде, кроме скорой помощи, человек не наберёт столько практического опыта. Тут большое разнообразие случаев, в которых нужно разбираться и уметь быстро ставить диагноз. Одна боль в правом боку может привести женщину к гинекологу, урологу или даже хирургу, — говорят медики.

Перерыв

Через какое-то время вернулась бригада. Коридор оживили разговоры:

— Переведите на карту за пирожки можно побольше!
— Обойдётесь...

До нового вызова можно немножко расслабиться. Однако даже в атмосфере отдыха у всех чувствуется небольшая нервозность от понимания того, что в любую минуту зазвучит новая сирена, и им снова придётся уехать.

После еды все разошлись по разным комнатам: кто-то присел отдохнуть, кто-то проверял оборудование, а кто-то бился с интернетом.

— Вай-фай не работает! — слышится из одной комнаты.
— Как не работает? Чинили же недавно, — отвечают из другой.
— И всё равно не работает! — женщина подходит и показывает свой телефон.

Это наводит на другой вопрос: что происходит, когда отказывают и планшеты?

На этот случай есть диспетчер, а отчёты заполняют вручную по специальным шаблонам. Позже информацию придётся переносить в электронный формат, поскольку она передаётся старшим фельдшерам и больницам, куда доставляют пациентов.

— Как изменилась работа в скорой с появлением планшетов? — спрашиваю фельдшера Сергея.

— Стало удобнее, мы запускаем программу «Скорая помощь», и там уже написано, кто на смене и где. Когда приходит вызов, мы принимаем и заполняем информацию о пациенте. Там сразу написана срочность, причина вызова, дополнительные комментарии и данные о пациенте и самом вызове (первичный или вторичный). Всё это сохраняется в базе данных, — рассказал он.

В программе бригада скорой заполняет все измерения на пациента, потраченные медикаменты и свои действия. Кардиограммы сразу отправляют в кардиоцентр, иногда связываясь с ними для консультации и перестраховки.

— Раньше всё это заполнялось вручную на карточках, и тут нельзя было ошибиться, приходилось переписывать заново. В планшете какие-то данные можно отредактировать, передача их дальше тоже стала быстрее, а поддерживать связь с больницами и врачами легче.

На Яковлевской подстанции работают только фельдшерские бригады. Но и водители скорой прошли курсы первой помощи, и при вызове в ЧС также могут наложить повязку, транспортировать пациента в автомобиль или иммобилизировать (сделать неподвижной — прим. автора) его конечность.

Все машины укомплектованы одинаково. Каждая — компактный медкабинет на колёсах: несколько сидений, носилки, розетки, на полках медикаменты и аппаратура: аппарат ИВЛ, дефибриллятор, укладки и растворы. Все рассчитано на несколько человек, поскольку в случае ДТП, например, может быть несколько пострадавших.

«Иду на работу, и не знаю, вернусь ли домой»

Сегодня на смене Елена, Надежда, Наталья и Максим.

— Мой стаж здесь на скорой десять лет, до этого полтора года я служила фельдшером военной комендатуры, — рассказывает Елена. — К коллективу я привыкла за сутки — за это время понятно, как нужно себя вести. Новичков ставят на смены с опытными сотрудниками.

— Тяжело работать с людьми здесь?

— С людьми в принципе сложно, а здесь… Едешь неизвестно куда и к кому. Непонятно, как с тобой настроены общаться, может, у человека был какой-то неудачный опыт, и он уже заранее настроен агрессивно. Так что тут по ситуации.

— И как справляться с такими ситуациями?

— Стоит абстрагироваться от этого и выполнять только свою работу, поставленный алгоритм. Моя задача — оказать помощь и доставить пациента. А так всегда испытываешь адреналин, работа очень стрессовая. Беда в том, что нет психологической помощи для работников скорой. Все эмоции, случаи, проблемы приходится нести домой.

— Со временем всё притупляется, — добавляет Надежда, опыт которой ещё больше.

— Притупляется, да: цинизм, чёрный юмор, отсутствие сострадания — без этого невозможно работать. Ты постоянно приезжаешь только туда, где всем плохо. Это такая специфика работы.

— Есть ли страх за свою жизнь?

— Конечно, тем более в дороге, которая сама по себе — объект повышенной опасности. Вот я иду на работу, и не знаю, вернусь ли домой. Но если с этой мыслью ходить — кукунец поедет, — продолжает Елена.

— И опять же, те, кто говорят, что не страшно, говорят неправду — страшно всегда. На дороге, на вызове с алкоголиками и наркоманами — страх есть. Бывает приехал и забываешь о страхе, но спустя время приходит осознание того, где ты только побывал, — включается в разговор Надежда.

— А на дорогах водители всегда уступают машине скорой?

— Редко, несмотря на административную наказуемость. По большей части не уступает молодёжь с громкой музыкой, или те, кто не были в этой машине, — отвечает Надежда.

— Что вы хотите передать людям, которые вызывают скорую помощь?

— Вызывайте именно по делу, а не с температурой 37. Мы не лечим, а оказываем экстренную первую помощь, при угрозе жизни. Скорая помощь — не просто привезти в стационар. Мы часто идём на уступки и забираем людей, чтобы не читать жалоб и во избежание скандалов. Надо знать структуру самой скорой помощи — мы обязаны выезжать по вызову по любой причине, у нас нет кнопки «отказаться».

— У нас есть практиканты из других стран, они иногда в шоке от того, на какие вызовы мы приезжаем. Говорят, «у нас такого вообще нет». Люди там понимают, что сегодня я вызвал скорую с температурой 37, а в другом месте из-за меня умер ребёнок. У нас же этого многие не понимают.

— У нас люди относятся к экстренным службам неуважительно. Думаю, что для таких случаев помогло бы введение платы за услуги помощи — незначительные суммы для рядовых случаев, но всё равно за деньги, — считает Елена.

— А так мы свою работу любим! — подытожила разговор Надежда.

За время работы медики уже выучили, когда и кто вызывает скорую:

— По праздникам — алкоголики, криминал. Жара — бабушки с давлением, ДТП. Перед Пасхой времени на болезни нет — там яйца красить надо, а вот после разговения поехали: животы, алкаши и так далее. На этой подстанции покой нам может только сниться.

— Что вы больше всего любите в профессии? — спрашиваю я, узнав, что оклад на скорой помощи всего 28,5 тысячи рублей, и есть ещё доплаты за ночные смены.

— Когда ты действительно кому-то помогаешь и выходишь с чувством, что живёшь не зря. Что ещё… Адреналин! Здесь просто собрались фанаты. Лишних в медицине нет — они отсеиваются: не выдерживают ни ритма, ни стресса. А те кто остаётся — больные люди — «эфочка» (по международной классификации болезней раздел F посвящён психическим расстройствам — прим. Ф.) — признаётся Елена.

Разговор снова прерывает сирена. У бригады есть две минуты, чтобы собраться на вызов. Вторая бригада уехала дежурить на возложении цветов.