Мотор! (хотя на этой съёмочной площадке звучала другая команда «Живём»!)
Рано утром в субботу, 11 июля, из Белгорода в Строитель выехали две кареты скорой помощи. Помимо сотрудников и водителей, в ней также находились и те, кто решили внести свой вклад в киноиндустрию — участники массовки. Все спешили к дому по улице Мира. Там проходит часть съёмок фильма, а именно сцена обрушения подъезда многоквартирного дома в Белгороде в 2024 году.
Территорию съёмок и двора обтянули лентой. На часах было 7:40 и город, кажется, ещё не проснулся в такое раннее время, а тут уже движение. Во дворе всё заставлено машинами, люди продолжают прибывать. Проезд ограничен, что явно огорчило нашего таксиста: вперёд проехать нельзя, а сзади уже поджидает служебный транспорт.
Фотография Григория Косова
Реквизиторы уже воссоздали картину трагедии: пространство между двумя девятиэтажными домами завалили горой из настоящих обломков бетонных плит. В композиции из железобетонного мусора выглядывают как бы случайные бытовые вкрапления: детский побитый велосипед, подушка от дивана, «пузатый» телевизор, грязный матрас, плюшевая панда, придавленная бетонным обломком. Получилось очень похоже, хотя вроде бы понятно, что всё это лишь декорации того, что произошло в Белгороде чуть больше двух лет назад.
В беседке на детской площадке собрались около 30 человек. Утро выдалось прохладное и многие ждали начала процесса, обернувшись в пледы и одеяла, потому что были в домашней одежде — так велел режиссёр.
— Как вы узнали о наборе в массовку? — спрашиваем девушку.
— Администрация Строителя объявила о наборе, и я решила поучаствовать. Считаю, что это очень важно — показать внутрянку в регионе, чтобы люди за его пределами узнали о том, что происходит постоянно, — рассказала она, представившись Ксенией.
— Ксения, как вы считаете, нужно ли снимать художественный фильм по реальным трагическим событиям?
— Такие фильмы очень нужны, особенно про наш город, про эти реалии. Большая часть страны не знает, что здесь происходит. Они почему-то думают, что это касается только нас. Город стоит за страну один. Хочется, чтобы увидели хотя бы малую часть: что здесь живут люди, что они гибнут.
Перед началом съёмок технические специалисты собирали и устанавливали оборудование. Двор постепенно заполнялся людьми: скорая помощь, МЧС, спасатели, пожарные. На скамейке сидели женщины из полиции вместе с собакой Луной.
— И у неё будет роль?
— Мы показывали Луну на кастинге, и её утвердили. Про роль пока не знаем, скорее всего будет ходить и обнюхивать всё, — ответила одна из них.
Луна, фотография Аскарали Асадуллаева
Построить катастрофу
Изначально мы планировали сняться в массовке, чтобы написать репортаж, не раскрывая, что мы журналисты. Однако все те, кто занят в съёмках, подписывают согласие на участие, и там сказано, что мы не имеем права проводить съёмки и разглашать информацию. Алина Солончева, отвечающая за массовку, собирала эти согласия. Она объяснила, что в первую очередь это нужно из-за мер безопасности.
— Снимать можно, но выкладывать и писать об этом только после воскресенья (второй день съёмок — прим. Ф.). Нас уже пытались атаковать во время съёмок, поэтому мы стараемся обеспечить безопасность и себе, и людям, — объяснила она, хотя белгородские СМИ с первых дней следят за съёмочным процессом и активно пишут о нём. Сцена в Строителе не стала исключением. В тот же день несколько изданий распространили информацию о съёмках, указав и адрес.
Жители дома тоже с интересом наблюдали за процессом — кто-то периодически выходил на балкон, а кто-то, как Владимир, сидел на улице. Он рассказал, как готовились к съёмкам.
Местный житель Владимир, фотография Аскарали Асадуллаева
— У каждого жителя спросили согласие на съёмки на этой территории, — рассказал он. — У нас такое первый раз, и это интересно. Одно дело — увидеть по телевизору, другое — вживую наблюдать, каких усилий это стоит. Только эту кучу сыпали около четырёх дней. А мы застали с самого начала, как только начиналась проектировка.
— А все жители были согласны?
— Иногда были разногласия, но это тот тип людей, которым лишь бы сказать что-то против.
— Пускают ли домой во время съёмок?
— Нет никаких препятствий, нас пускают без проблем, — констатировал Владимир.
Кажется, без проблем прошла и подготовка съёмочной площадки.
— Владимир, как вы считаете, нужно ли снимать художественный фильм по реальным трагическим событиям?
— Нужно, чтобы фильм выглядел как можно реальнее, потому что в стране мало кто понимает, что у нас происходит.
Вид на съёмочную площадку, где десятки людей в одном месте и в одно время с горящими глазами работают над одним проектом, вызывал «демоверсию» синдрома Стендаля. Это расстройство, при котором созерцание произведений искусства или невероятно красивых природных пейзажей вызывает учащённое сердцебиение, головокружение, панику и даже галлюцинации, а возникает чаще всего при переизбытке впечатлений в короткий срок.
Мужчины в форме МЧС перетаскивали из стороны в сторону бетонные обломки. Алина Солончева инструктировала массовку и осматривала внешний вид собравшихся.
Дресс-код обговорили заранее: никакой белой одежды, никаких новых вещей. С собой — два комплекта одежды: домашний и уличный. Каждый, кто попадёт в кадр, должен стремиться создавать максимальное ощущение естественности происходящего, будто все они настоящие жильцы и по-настоящему выбежали из дома в том, что и было надето — домашних халатах, потрёпанных футболках, растянутых трико. Собственно, так и выглядели актёры массовки во дворе.
Фотография Григория Косова
Всё это скопление людей в домашнем напоминало массовый пикник: на скамейках и столиках в беседках лежали сумки, одежда, еда. С утра было пасмурно и прохладно, на съёмочной площадке находились, в основном, взрослые, а с первыми лучами солнца на улицу хлынул поток детей. Организаторы изначально прописывали, что для съёмок нужны взрослые, но в какой-то момент стало трудно разобрать, кто здесь массовка, а кто — прохожие и реальные местные жители — образы получились слишком правдоподобными.
На этом фоне выделялись только актёры в волонтёрских куртках и служебной форме. В съёмках участвовали не только те, кто отозвался по объявлению. Тут были и реальные полицейские, и люди в военной форме, и сотрудники МЧС и скорой помощи. Представители кинокомпании «Рубипродакшн», которая снимает «Белгородскую рапсодию, договорились с властями города и задействовали настоящих сотрудников служб.
|
|
Были среди них и те, что кто в тот памятный день 12 мая 2024 стал очевидцем трагедии на Щорса, 55а. Среди них фельдшер Павел Козлов. Кстати, в 2025 году он стал лучшим фельдшером России по итогам конкурса «Лучший специалист со средним медицинским и фармацевтическим образованием».
— В день обрушения я дежурил, поэтому приехал на место одним из первых и там руководил, — рассказал он, объясняя свою роль. В фильме он, как и в день трагедии, появится на месте обрушения как сотрудник медицины катастроф.
Павел признаёт, что у него недостаточно компетенций, чтобы оценить всю работу съёмочной группы, выглядит всё «профессионально и красиво», кроме медицинских сцен. Тут он как профессионал отметил, что всё «выглядит наигранно и абсолютно не соответствует реалиям».
— Удалось ли им в целом воссоздать эту сцену с обрушением подъезда похожей на реальность, — мне сложно сказать. У них всё-таки есть свой сценарий, свой замысел. И здесь особо нет смысла передавать суть событий данной трагедии. Весь масштаб передал бы документальный фильм, а этот художественный, — отметил фельдшер.
— Павел, так нужно ли тогда снимать художественный фильм по реальным трагическим событиям?
— Нужен ли фильм? Естественно, стране он нужен, но как художественный. Люди посмотрят, большинству, я думаю, понравится.
На площадке началась репетиция первой сцены. Медики вынесли носилки, около десятка сотрудников МЧС ожидали указаний возле обвала. Актёрам нужно было представить как подъезжает машина, и они с воображаемыми носилками бегут к ней.
— Берите! Поднимайтесь! Бегите! — командовала в рупор помощник режиссёра, пока спасатели хватали невидимые носилки, или пострадавшего.
Остальные в это время, как и мы, стояли в ожидании, ощущая себя в закулисье съёмок.
За кадром
Часть съёмочной группы расположилась за домом. Там стояли палатки, в которых можно было отдохнуть, переодеться, поесть. На улице становилось жарче, и здесь также можно было взять воду в бутылках.
Рядом с палатками стояли машины, одна из которых явно выделялась своими размерами. Оказалось, это гримваген — передвижной автомобиль съёмочной команды, где гримируют актёров. Рядом с ним на стуле сидела женщина. Она согласилась показать, как эта машина устроена изнутри. Оказалось там тесно, но достаточно вместительно — столик с сиденьями, зеркала для грима, по сторонам много полок. В машине есть даже отдельная комнатка, в которой при необходимости можно закрыться.
Фотография Аскарали Асадуллаева
В гримвагене девушка-гримёр готовила актрису к выходу в кадр. А ещё мы встретили оператора-постановщика Павла Гуревича и, конечно, задали ему несколько вопросов. Он рассказал, что родом он из Беларуси, но много лет живёт в Белгороде, поэтому все написанные в сценарии истории для него — это не просто экранизация новостей.
— Я здесь живу много лет уже, отец у меня умер в Новосадовом, поэтому я знаю, о чём мы делаем этот фильм, и для кого.
На площадке Павел работает со светом, актёрами, спецэффектами (дымом) и композицией как оператор-постановщик. Он же занимается согласованиями с администрацией и СМИ уже как продюсер.
«Белгородская рапсодия» — не первая его картина. До этого он сотрудничал с продюсерским центром «Динамо», занимался постпродакшном — завершающим этапом создания любого аудиовизуального проекта. С 2019 года сделал несколько совместных проектов с Еленой Дмитренко — партнёром и генеральным продюсером «Рубипродакшн».
Павел Гуревич, фотография Аскарали Асадуллаева
Для Павла кино — язык самовыражения, в детстве он для этого рисовал картины маслом, а сейчас — «поменялись кисточки». Он считает, что фильмы тоже своеобразное рисование.
— Однажды мне знакомый позвонил и спросил: «Ты где?» Я ответил: «В Белгороде», а он сказал: «Будешь в России — набери». С того момента я и захотел показать всей стране, что такое Белгород и область. Причём мы изначально хотели снимать здесь. Да, есть сложности, да, часть команды отвалилась, потому что оказались не готовы рисковать. Это большая работа, начиная с психологической подготовки группы, — объяснил Павел.
Тех же, кто остался в команде, не пугает работа в регионе — они хотят сделать кино, которое будут показывать на всех платформах и во всех кинозалах.
Павел рассказал, что видел в интернете мнение, что обломки якобы взяли настоящие — от того самого разрушенного дома на Щорса 55а, но это неправда.
— Подготовка искусственного обвала началась с разрешения администрации на вывоз обломков домов, которые сносили недавно совсем по другим причинам. Очень сложно представить в голове обрушение подъезда, и для многих ты просто псих, — говорит он.
В фильме команда планирует использовать живую музыку.
— «Властелин колец» для меня — референс. Хотим привлечь партнёров BelSuono с роялями, певицу Валерию, может, получиться привлечь Тимура Халиуллина. Думаю, это будет верное попадание, — считает оператор-постановщик.
— Хансу Циммеру мы, конечно, проигрываем, но дойдём до этого уровня, — с иронией поддержала коллегу гримёр, заканчивая работу над образом актрисы в роли медика.
Справка «Фонаря»: Ханс Флориан Циммер — немецкий кинокомпозитор, написал музыку к фильмам и мультфильмам «Человек дождя» (18+), «Король Лев» (0+), «Принц Египта» (0+), «Спирит: Душа прерий» (0+), «Скала» (18+), «Лучше не бывает» (18+), «Падение „Чёрного ястреба“» (18+), «Гладиатор» (18+), «Ангелы и демоны» (12+), «Пёрл-Харбор» (12+), «Начало» (18+), «Интерстеллар» (18+), «Робот по имени Чаппи» (18+) и другим. Двукратный лауреат премии «Оскар», трёхкратный лауреат премии «Золотой глобус», четырёхкратный лауреат премии «Грэмми».
Павел рассказал, что «Белгородская рапсодия» — первый художественный фильм, полностью снятый в Белгородской области. Чтобы это стало возможным, работы проделали много — и всё это инициатива съёмочной группы, которая готова работать ради искусства практически забесплатно.
— Этот фильм — больше социальная миссия, чем коммерция, — миссия популяризировать белгородцев как героев, — говорит Гуревич о том, зачем они снимают этот фильм.
Одна из актрис попросила передать большую благодарность людям из массовки. По её словам, никто не попросил денег за участие, все приехали по своей воле, потому что тоже загорелись этим проектом. Кстати, после участия в массовке, некоторых заметили и пригласили сниматься уже в основном актёрском составе.
Команда ожидает, что возрастное ограничение для фильма дадут хотя бы «16+», но всё зависит от «ужасов в кадре».
— Из-за взрывов и ранений уже не получается снизить до 14+, но приходится идти на это, чтобы показать реальную жизнь региона, — говорит Гуревич.
— Будет ли фильм показан за рубежом?
— О таком мы ещё не думали. Всё возможно, но точнее определить можно будет на другом этапе работы.
— Было ли в планах что-то, что пока не удалось реализовать?
— Всё получилось, даже больше. Мы чувствуем большую поддержку всей области, у нас получаются сложные технические и художественные решения. Дай бог, чтобы так и дальше было!
Сыграть самих себя
Пока мы гуляли по закулисью, на съёмочной площадке вовсю кипела работа. Задействованы были и оператор, и передвижная камера. Звук записывают через мохнатые микрофоны-пушки на длинной палке, похожие на швабру. И хотя они подавляют посторонние шумы, организаторы просят массовку не шуметь.
По куче обломков расставлены спасатели и актёры, которые играют пострадавших. Около спасателей — дым и огонь. Дубль первый. Перерыв. Дубль второй. Перерыв. Дубль третий… Перерыв после каждого дубля, вероятно, из-за сильной жары. Спасателям приносят воду. Женщина с рупором громко и чётко даёт указания всем участникам: спасателям, актёрам на площадке, операторам и массовке.
Участок с завалом оградили, за ограждением стоит массовка. И не просто толпится, а расставлена в определённом порядке. Камера направлена и на них — они уже в кадре. В какой-то момент мимо массовки собирались пробежать дети — нельзя. Один из мужчин на площадке терпеливо им объяснил, что здесь снимается фильм, и нужно быть чуть тише и обойти двор другой дорогой.
Однако избежать неловких ситуаций не удалось. Проходившая мимо женщина, видимо, не знала о съёмках и остановилась с испуганным лицом. Ей стали объяснять, что происходит. Поняв, она успокоилась и решила сделать фотографию на память. Кто-то из массовки, несмотря на запреты, тоже снимал происходящее, а кто-то просто наблюдал.
Один из снятых эпизодов фильма касался работы спасателей. Они стояли на горящих обломках и в профессиональной спешке искали пострадавших:
— Здесь есть кто-то живой? — громко спросил один из них и прислушался. — Голоса! Я слышу голоса!
Он выкрикнул это, посмотрев на коллег, и все ринулись поднимать обломок. После этого спасатели вынесли «пострадавших» на руках и на носилках. Внизу их уже ждали машины скорой помощи.
После перерыва на съёмочной площадке начали появляться «раненые». Одного из них играл мужчина по имени Ваагн. Он рассказал, что не впервые участвует в съёмках кино. Уже играл в массовке в другом фильме, который тоже снимали в Белгородской области (вероятно, «Союз спасения» — прим. Ф.)
Ваагн, фотография Аскарали Асадуллаева
Подбор одежды для съёмок не занял у него много времени, грим всем нанесли минут за 15 минут. Актёров было немного, меньше десяти, с ними одновременно работали четыре-шесть гримёров.
— Сам я живу в Строителе, и этот фильм для меня имеет особое значение. Мне нравится, что в Строителе что-то снимают. Раньше были только, условно, новости, а сейчас уже кино, — говорит Ваагн. — На площадке мне в целом комфортно, не считая неприятного запаха от дыма. Атмосфера интересная, народу много, «вайбик» присутствует. Но боюсь даже представить, что ощущали люди, когда подъезд обвалился. Мы пытаемся это ощутить, показать на себе, но до конца всё равно изобразить не сможем.
— Ваагн, как вы считаете, нужно ли снимать художественный фильм по реальным трагическим событиям?
— Такие фильмы сто процентов нужны, постольку, поскольку страна и весь мир должны понимать, что у нас происходит, попробовать прочувствовать это.
Пока одни уже снимались, другие только ждали своей очереди. Это были люди в оранжевых волонтёрских куртках. Александр в их числе:
— Мы с ребятами будем сняты как волонтёры, что конкретно ожидает — не знаем.
— Какие у вас ощущения?
— Интересно посмотреть, как эта, как говорит наш президент, «движуха» происходит изнутри: актёры, каскадёры, сами съёмки.
— Александр, как вы считаете, нужно ли снимать художественный фильм по реальным трагическим событиям?
— Фильм нужен. Наш регион сильно настрадался, и здорово, что решили снять, как всё происходит. Надеюсь, что фильм достойно покажет события в области.
Александр, фотография Аскарали Асадуллаева
Через эту «движуху» команда «Рубипродакшн» показывает одну из самых трагических страниц новейшей истории Белгорода. Утром 12 мая 2024 года в Белгороде и Белгородском районе объявили ракетную опасность. В какой-то момент к привычным звукам обстрела добавились другой грохот. Буквально в течение десяти минут стало известно об обрушении подъезда, а экс-губернатор Вячеслав Гладков назвал причиной произошедшего прямое попадание снаряда в многоквартирный дом. Здание восстановили только к марту 2026 года, но о том, что же случилось в мае 2024 года, споры не прекращаются до сих пор…
Последний дубль. Снято!
Интерес вызывали и сами съёмки, и «закулисная» работа. Было трудно решить, с какой стороны дома стоит находиться, чтобы описать эти события наиболее достоверно. После основных работ на улице съёмочная группа переместилась в жилой дом около завала, съёмки продолжились в квартире. Актёров ждало ещё много работы. К концу дня атмосфера на площадке заметно потеплела: все участники познакомились, сблизились, начали больше шутить и с большей отдачей погружаться в процесс. Всех накормили полевой кашей, которую многие участники творческого процесса назвали вкусной. Её обеспечила администрация Яковлевского городского округа.
В чатах съёмочной группы и массовки к вечеру появилось много фотографий и видео, и по ним трудно было бы догадаться, что снимали далеко не комедию.
— Я завтра беру облепиховый чай. Утром все подходим друг к другу, пьём чай, а потом работаем, а то сегодня как неродные! — поделилась после первого дня съёмок Ирина, одна из актрис массовки.
Первый день завершился. В следующие дни съёмки были запланированы в других локациях и уже с участием звёздного состава, в том числе Никиты Кологривого. Актёр известен по ролям в кинокартинах «Слово пацана. Кровь на асфальте» (18+), «Август» (16+), «По щучьему велению» (6+) и других.
Среди массовки ходили слухи, что его участие актёра в съёмках в Строителе тоже обсуждалось, но в конечном счёте в Белгородскую область Кологривый приехал уже после.
Напомним, о планах снять полный игровой фильм о жизни региона во время СВО на Украине стало известно в июле 2025 года, тогда на его создание Минкульт выделил 40 миллионов рублей. Картина получила название «Белгородская рапсодия» и, по замыслу авторов, расскажет истории о людях приграничья. Съёмки проходят в Белгороде и области с участием местных жителей в массовке.
Одна из сцен — разбор завалов на месте трагедии 12 мая 2024 года, когда из-за обрушения подъезда дома на улице Щорса, 55а погибли 17 человек. Жители восстановленного дома получили ключи от квартир в марте 2026 года. Премьера фильма запланирована на весну 2027 года.
![Как снимают «Белгородскую рапсодию» [фоторепортаж]](/assets/thumbnails/d3/d3c6cb1132dd27763fcb2fd8cf567d35.jpg.avif)
![Сила внутри. Раскрой своего внутреннего джедая в тесте ко Дню «Звёздных войн» [12+]](/assets/thumbnails/8e/8e4940c0de389bfde88d43841561d703.jpg.avif)
