Белгородский Илон Маск. Директор частной ракетостроительной компании — о ракетах, электронном телескопе и заводе в Воронеже

Корреспондент «Фонаря» поговорил с Виктором Черниковым, директором первой в России частной ракетостроительной компании, приступающей к организации собственного производства, о ракетах, заводе в Воронеже, начале и перспективах проекта, а также роботизированных телескопах AstroNYX.

Виктор Черников — директор частной компании, которая занимается разработкой сверхлёгкой ракеты для запуска наноспутников массой от одного до 10 килограммов и уже в следующем году собирается запустить первую метеоракету. Параллельно с этим компания продвигает проект AstroNYX, который позволит любому жителю Земли наблюдать за звёздами в мобильном приложении через роботизированные телескопы. Первую ракета-носитель для наноспутников в «НСТР Космические Системы» собираются отправить в космос уже через 5–7 лет.

О родителях, бизнесе и начале проекта

— В какой семье нужно родиться и чем заниматься, чтобы создать в России частный ракетостроительный завод?

— Я родился в Донецке в обычной семье. Мой отец — геодезист, работал бурильщиком, мама работала, так скажем, на средней должности в казначействе. В Белгороде я живу уже около 12 лет. Учился на бухгалтера и экономиста. Лет в 18 я решил, что буду заниматься бизнесом. В 20 лет я уже стал директором компании, которая занималась бизнес-образованием. Потом у меня была группа компаний, и я зарабатывал на всём, на чём можно было заработать, даже рекламой занимался.

Виктор Черников, фото из личного архива

— Что стало с компаниями после того, как вы решили заняться строительством ракет?

— Я их закрыл. На тот момент у меня осталась одна компания «НСТР Космические Системы», теперь у неё есть «дочки»: «НСТР Ракетные Технологии» и «НСТР Инвест-Менеджмент», но последняя занимается прямыми инвестициями в непрофильные активы.

— С чего вообще началась компания?

— Я болею космосом с шести лет и всегда этим увлекался. Проект родился около 11–12 лет назад, но тогда, по моей оценке, мне требовалось 2 миллиарда долларов, чтобы его реализовать. У меня был небольшой опыт, но в 22 года сложно найти такую сумму. На тот момент был единственный человек, который занимался развитием частной космической промышленности, — Илон Маск. Тогда я даже о нём не знал, только что-то слышал о том, что есть человек, который пытается что-то в этой сфере сделать. Изначально я задумал этот проект как некое общество, которое будет поддерживать эту идею и в последующем как-то реализует. Потом я просто решил, что нужно заняться частным ракетостроением, и зарегистрировал компанию. Соучредителем выступило ООО «Авенир», которое аффилированно моему другу Борису Жилину. Мы нашли офис, сделали там ремонт и стали набирать людей. Сейчас ходит много слухов, что мы связаны с Министерством обороны РФ, что мы непосредственные ставленники уже не пойми кого. Единственное, меня пока ещё не считают рептилоидом. А на самом деле всё банально и просто.

— Во что превратились те 2 миллиарда сейчас?

— Сейчас это минимум 300 миллионов рублей, но я думаю, что в эту сумму мы не влезем. Пороговые инвестиции уже превышают полмиллиарда рублей.

— Предлагало ли государство вам помощь?

— У нас есть информация, что государство может нас поддержать. До сего момента мы развивались только за счёт личных средств людей, которые «привязаны» к этому проекту. Сейчас с нами на контакт вышел некий круг лиц, который представляет правительственные интересы. Они предложили финансовую поддержку. Я не буду называть имена и организации, это будет открытая информация, если мы достигнем договорённостей.

— У вас есть проблемы с деньгами?

— Нет, но дополнительные финансы позволили бы нам ускориться и завершить проект не за 5–7 лет, а за 3–4 года, к примеру.

— Сколько человек сейчас работает над проектом?

— Сейчас в компании работает 15 человек. Из ведущих сотрудников: старший программист Дмитрий Гудаков, который занимается всем, что связано с расчётами и программированием, и генеральный конструктор Николай Дзись-Войнаровский, он отвечает за ракетную технику, двигателестроение, композиты и прочие вещи. Мы рассматриваем кандидатов на должности, которые понадобятся нам, когда мы перейдём непосредственно к производству. До этого я взял двух перспективных ребят из НИУ «БелГУ», они учатся на третьем курсе и работают у нас программистами.

Фото из личного архива Виктора Черникова

Об электронных телескопах AstroNYX

— Что такое AstroNYX и насколько сейчас проработан этот проект?

— AstroNYX — это сеть роботизированных телескопов, которые будут доступны любому жителю земли через мобильное приложение или браузер. На данный момент мы завершили разработку мобильного приложения AstroNYX. У нас почти готова вышка в Курской области, на которой будет располагаться телескоп. Буквально на следующей неделе мы закончим строительство и начнём закрытые бета-тесты. Пользователи приложения смогут управлять телескопом. Допустим, можно будет его навести на Луну и снять фотографию. Фотография закрепляется за вами как за автором, и вы сможете выложить её в соцсети и другие интернет-ресурсы.

Схема из личного архива Виктора Черникова

— Сколько это будет стоить?

— На начальном этапе это будет стоить около 200–300 рублей за 20-минутную сессию. Вам не придётся покупать телескоп за полмиллиона и куда-то с ним выезжать. Можно будет наблюдать за звёздами прямо из дома. В дальнейшем этот ценник будет расти. Мы коммерческая организация, и нам надо окупать это оборудование. Если всё пройдёт хорошо, то мы готовы предоставлять доступ к телескопам по сниженным ценам для научного сообщества, школьников и университетов.

О ракетостроительном заводе в Воронежской области, ракетах и спутниках

— На каком этапе сейчас находится строительство ракетного завода?

— На данный момент, естественно, ещё никакого завода нет. Есть принципиальная договорённость с администрацией Каширского района Воронежской области о том, что нам выделят пять гектаров земли под завод. Мы уже подписали инвестиционный договор. Стройка начнётся в декабре 2017 года. Мы планируем, что конструкторское бюро и ангар для производства будут готовы максимум через восемь месяцев. В течение года всё уже будет работать.

— Что будет производить завод?

— Мы начали с малого — создания первого в России частного жидкостного ракетного двигателя. Он был разработан с ноля, и в 2016 году успешно прошёл испытания. Первыми мы начнём производить метеоракеты. Исходя из названия уже понятно, что они будут использоваться для метеорологии. Ракета будет одноступенчатая и сможет подняться на высоту условной границы космоса — сто километров. Первый прототип такой ракеты, оптимистично, будет готов уже в следующем году. После этого мы приступим к глубокой проработке космического носителя. Финансироваться на тот момент мы сможем за счёт продажи метеоракет и, возможно, проекта AstroNYX.

— Как будет организовано само производство?

— В основном мы используем композиты и металлы. Все детали мы планируем производить на территории завода. У нас будут собственные станки и линия металлообработки. Первично мы можем собирать наш двигатель за счёт подрядчиков, то есть нам не нужно покупать станок с ЧПУ (Числовым программным управлением — прим. «Ф».) за 20 миллионов рублей, чтобы выпилить какую-то деталь. С композитами мы работаем сами, электроника будет тоже изготавливаться нами на серийных платах. Сейчас это ещё не космическая электроника, и на метеоракеты не будут действовать основные поражающие факторы космической среды, поэтому мы можем спокойно изготавливать на гражданской электронике части для управления нашим стендом и, если понадобится, самой ракетой.

— Каких размеров будут метеоракеты?

— Около семи метров. Может быть чуть выше, может быть чуть ниже. Я не могу назвать его параметры потому, что, наверняка, проект претерпит кучу изменений. Мы сейчас приступили к разработке «большого двигателя» для метеоракеты, и многое будет зависеть от его параметров.

— Кто сможет ими пользоваться?

— Учёные, университеты, метеорологи. Оборудование внутри ракеты сможет замерять, тестировать и изучать что угодно в верхних слоях атмосферы до линии Кармана.

— И сколько это будет стоить?

— Для коммерческого заказа, предварительно, пуск будет обходиться 2–2,5 миллиона рублей. Если ракеты будут заказываться мелким оптом, то вполне вероятно, что это будет дешевле.

— Лицензия на запуск таких ракет нужна?

— Есть международный закон о нераспространении ракетных технологий. Пуски космических носителей в России регулируются «Роскосмосом», но лицензия на космическую деятельность нам понадобиться только тогда, когда мы попытаемся подняться выше 100 километров и выйти на орбиту Земли. Что касается метеоракет, то тут нет никакого законодательства потому, что такая компания одна и прецедентов ещё не было. Чисто технически мы подпадаем под закон о пиротехнике. Сейчас мы уже поставили «Роскосмос» в известность, что мы хотели бы получить лицензию, но нам надо достигнуть соглашения и доказать ,что мы адекватные участники этого рынка.

— Как вы планируете использовать ракеты, которые будут выходить на орбиту Земли?

— Допустим вы представитель Sony, а я «НСТР Космические Системы», мы с вами садимся за стол, и вы говорите: «У меня есть спутник». Но ракеты у вас нет. Я говорю: «Господа, ну давайте, мы ввезём ваш спутник на территорию России и запустим». Мы как некое такси. Состав оборудования внутри ракеты может быть различным, как и заказчики. На данный момент они обращаются к «Роскосмосу», Европейскому космическому агентству, Илону Маску или кому-то ещё. Мы хотим в этот ряд встать и предлагать свои услуги.

— Какая-то конкуренция есть в России в этой сфере?

— Ну, какая конкуренция? В мире нет конкуренции. В России сейчас мы, видимо, самая продвинутая компания. В мире есть более продвинутые частные компании, например Rocket Lab, которая находится на высочайшем уровне техники. Такой уровень для нас пока не достижим. Но реально работающих сверхлёгких носителей, которые могут вывести на орбиту некий груз, пока в мире нет. Есть, конечно, SpaceX и Blue Origin, но это совсем другой класс носителей. В России есть компания «КосмоКурс», но они не являются нашими прямыми конкурентами. Это туристический бизнес. У нас доверительные отношения и, возможно, мы сможем быть полезны друг другу в будущем.

— Сколько будет стоить полёт одного ракетоносителя?

— Около миллиона долларов за 10 килограмм. Это конкурентоспособная цена на мировом рынке. Грубо говоря, один килограмм будет стоить около 100 тысяч долларов.

— Почему сразу не начать делать космические ракеты?

— Сразу браться за запуск сверхмалого ракетоносителя — это очень рискованно. При неотработанной технологии непонятно, получится это или нет, но когда мы движемся поступательно, естественно наши шансы увеличиваются. К тому же это позволит «порезать» статьи бюджета.

О развитии компании и планах на ближайшие 20 лет

— Помимо ракет и телескопов вы собираетесь ещё что-то строить?

— Нас интересует всё, что связано с космосом. Мы рассматриваем этот бизнес комплексно. Оптимально если бы могли в последующем направить свои усилия в том числе, допустим, на спутниковые технологии. У нас будет собственная система выведения. Естественно, обслуживание и выведение спутников для нас будет дешевле. В общем мы хотим занять свою нишу в этом нетривиальном бизнесе.

— Что вы планируете на ближайшие 20 лет?

— Если всё пойдёт хорошо, то почему бы нам не стать первым частным космическим агентством? Мы бы могли получить собственный центр управления полётами и начать работу в спутниковых технологиях. То есть, создать некий замкнутый цикл производства и выведения наноспутников на орбиту Земли. Планов по покорению Марса мы пока не имеем, но, если они объявятся, мы обязательно сообщим о них в качестве некого аванпроекта.

Никита Пармёнов

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости