«Мы — бездомные собаки». Белгородские дальнобойщики провели массовую забастовку на трассе «Москва — Крым»

Более 100 белгородских водителей фур вышли протесовать «колёсами» против введения платы за проезд на федеральных трассах. Они стали на «аварийку» по двум сторонам дороги между Белгородом и Строителем, присоединившись к бастовавшим 11 ноября дальнобойщикам со всей России. Специальный корреспондент «Фонаря» Владимир Корнев следил за одной из самых массовых акций в стране.

За сутки до забастовки белгородских дальнобойщиков координатор местной акции Сергей Коротков осторожно предсказывал участие 30–40 водителей. Обычно оценку организаторов в таких случаях надо делить на два, но утро 11 ноября определённо стало исключением из этого правила.

Буквально за десять минут по-осеннему грязные обочины федеральной трассы М2 «Москва — Крым» заполнились фурами, ставшими на «аварийку». Машины растянулись в двух направлениях дороги между Белгородом и Строителем. По оценкам «Фонаря», единовременно на обочинах стояли не менее 100 фур (по официальной оценке регионального УМВД — 30–40 машин). Белгородская забастовка стала одной из самых многочисленных в стране и единственной в Черноземье.

— Топливо возросло (в цене — прим. ред.) почти в половину, масла, запчасти — то же самое, всё же в евро, а он вырос. Сервисное обслуживание вообще ни в какие рамки. Кроме того, в последнее время приняты законы по дальнобойщикам в больших городах. Мы не можем ни заехать в город, ни проехать — мы практически бездомные собаки», — эмоционально описывает проблему владелец трёх фур Юрий Дитятков.

Введение платы для большегрузов он объясняет тем, что правительство хочет переложить часть перевозок на железные дороги, практически нерентабельные сейчас. В связи с этим, по мнению дальнобойщика, «проводится политика выдавливания частных автомобилей с автомобильных дорог».

— Все нормальные люди работают восемь-десять часов, приходят домой, отдыхают, — добавляет Дитятков, — а дальнобойщик — это непонятно какой график работы. У него практически нет его. Живёт, спит, трудится в машине.

— Но это ваш выбор? — спросил я.

— Да, но я хочу что-то заработать. Я вложил деньги, я приобрёл машины, влез в кредит, влез в лизинги. И все зарубежные, серьезные машины, что ездят по стране, все в лизинге — ребята уже не могут концы с концами сводить, чтобы платить их.

Таких «ребят» на федеральной трассе «Москва — Крым» собралось несколько десятков.

— Если я в «Платоне» буду работать, то в год у меня будет уходить 450 тысяч рублей в год. У меня три машины. 1 350 000 рублей в год? Я машину автоматически поставлю на стоянку, — занимался подсчётами один из дальнобойщиков.

«Главное, чтобы дошло до двух ребят, которые за ручку ходят там в Москве», — тонко намекал второй.

Сотрудники правоохранительных органов, в лицах которых явно читалось некоторое удивление происходящим, в это время обеспечивали общественный порядок — насколько это было возможно, конечно. Сначала автоинспекторы ограничили движение по правой полосе, оставив проезжавшим водителям одну левую. Затем сотрудники пытались обеспечить эффективную систему парковки всё прибывающих участников акции: некоторые приезжали поддержать коллег на легковых автомобилях, а так как большегрузы заняли своими массивными «телами» всё место, другим приходилось съезжать дальше обочины и становиться там. Наконец, полиция убедительно просила уходить всех с проезжей части — пусть и с той её части, которая была формально перекрыта.

Автомобилисты заранее уведомили правоохранительные органы о том, что собираются делать.


— Автомобилисты выстроились в колонну на обочине, они отошли от дорожного полотна и обсуждали проблемы. Нарушения правопорядка не было. Сотрудники УМВД, УГИБДД области находились на месте проведения акции, но не вмешивались, так как повода для этого не было, — дали оценку акции в белгородском УМВД после её завершения.

Для сравнения, в нескольких регионах России в этот день сотрудники задерживали «предполагаемых организаторов забастовок» и их коллег.

Пока полицейские обеспечивали порядок, дальнобойщики активно дискутировали между собой, иногда переходя на крики и мат. «Расклад? Да обыкновенный — воюем», — рапортовал один из них по телефону.

В апогее акции помочь водителям приехал председатель «Союза автомобилистов Белогорья» Леонид Каплий. В пиджаке и галстуке, он быстро собрал вокруг себя всю разрозненную толпу.

— Стоп… Это… Тот юрист с автобусов! — воскликнул, почесав бороду, один из дальнобойщиков.

— Чего?! — искренне удивился его знакомый.

— Ну Каплий! Чувак, юрист, на окнах автобусов по Белгороду ездит — постарался попроще описать первый.

— Аааа! — протянул второй, наконец-то узнавший «чувака с окна».

Юрист в это время пытался сплотить дальнобойщиков вокруг себя.

— Где ваши требования на бумаге? Если помните, пять лет назад «Союз автомобилистов Белогорья» проводил акции против роста цен на бензин. Тогда лично Медведев присылал сюда службу, и после этого антимонопольщики проверили все АЗС, и бензин скинули на 60–70 копеек. Смысл в том, что надо всё делать цивилизованно, — учил мужиков Каплий, предложивший собрать подписи с требованиями автомобилистов к правительству.

— Путину писать надо! — не согласился кто-то из толпы.

— На Путина у меня выхода нет, а на Медведева есть. Повезём подписи в правительство, — спокойно ответил член общественном совета при УМВД, добавив, очевидно подразумевая оплату дороги до Москвы, что «на благое дело всегда можно найти „трояк“».

На том и начали расходиться, точнее разъезжаться — с собранными подписями и неочевидным будущим.

— Если правительство не отменит «Платон», мы останемся дома и не выйдем на работу. Через неделю пустые прилавки будут. А мне какая разница? Что я поеду, что нет — ничего для себя иметь не буду, — грустно рассказывал дальнобойщик с перечёркнутой надписью «Платон» на груди, переходя дорогу к своему авто.

Спустя несколько часов после завершения акции пришла новость — правительство отсрочило введение штрафов для дальнобойщиков. С 15 ноября система санкций будет действовать только в пределах Московской области, а в остальных регионах она заработает только с 1 мая. В СМИ это связали с «влиянием протестных акций дальнобойщиков».

Напомним, водители, организовавшие забастовку, хотели обратить внимание общественности на постановление правительства РФ, по которому для фур вводят систему оплаты проезда на федеральных трассах. При этом автомобилистов волнует не только сама идея внедрения оплаты, но и её техническая реализация — из-за «необкатанности» системы «Платон», созданной для автоматического взимания платы, особенно в первое время возможны многочисленные несправедливые штрафы.

Выглядит это так: на всём протяжении трассы будут стоять рамки, считывающие сигнал от пересекающих их грузовиков, в которых будут установлены (за счёт водителей — прим. ред.) спецприборы с программой «Платон». На момент прохождения автомобилем рамок система должна зафиксировать, что грузовик пересек конкретный участок — в соответствии с пройденным путём будет рассчитываться плата за проезд. До 1 марта 2016 года будет сниматься 1,53 рубля за один километр, последующие два года — 3,06 рубля за один километр, а с 2018 года — 3,73 рублей за один километр. Наконец, в случае, если водитель не установит спецприбор в кабину или не оплатит проезд, его ждёт штраф 40 тысяч рублей, а для юридических лиц — 450 тысяч рублей.

Текст и фото: Владимир Корнев

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости