$ 57,47
 67,56
฿ 341 к
-1 °C

«Знаю заказчиков и исполнителей». Сергей Лежнев рассказал о своём уголовном деле

Блогер рассказал «Фонарю» свою версию событий, произошедших в 2005 году и ставших темой поста в «Живом Журнале».

В середине августа в анонимном блоге в «Живом Журнале» появился пост, автор которого утверждал, что Сергей Лежнев был фигурантом уголовного дела, которое было прекращено на незаконных основаниях. Мы попросили героя «разоблачительного» текста прокомментировать его и озвучить свою версию событий.

— Пост начинается с описания твоей биографии, описания биографии вашей семьи. Пишут, что твой отец большую часть жизни проработал в милиции. В частности, «в сентябре 2005 года Сергея задержали сотрудники управления собственной безопасности областного УМВД. Причина задержания в народе называется „гоп-стоп“, а в правоохранительных органах „грабёж“. Сергей в Сосновке, угрожая пистолетом, отнял у двух студентов сотовый телефон и деньги, потерпевшие обратились в милицию, по факту грабежа завели уголовное дело. Спустя некоторое время наш герой был задержан и ему предъявили обвинение в совершении преступления по очень серьёзной статье УК. В связи с возбуждением в отношении Лежнева уголовного дела, его естественно отчислили из юридического института и уволили из органов внутренних дел». Сергей, расскажи для начала, что конкретно и когда именно в 2005 году произошло в Сосновке?

— В сентябре 2005 года я был курсантом четвёртого курса Белгородского юридического института МВД РФ. Это было в сентябре. Точную дату я не помню, но в тот день я был в спортзале, когда мне позвонили из института и попросили приехать в институт (старшекурсникам было разрешено жить дома, а не в казарме — прим. Лежнева). Я собрал вещи, приехал в институт, зашёл к своему институтскому руководителю и там увидел ранее мне не известных людей. Как позже выяснилось, это были сотрудники службы собственной безопасности УВД. Вопросов они мне не задавали, но попросили поехать с ними в управление собственной безопасности. Там, как мне стало известно, не в отношении меня, а по факту было написано заявление моим знакомым, имени которого сейчас я даже не помню. Заявление это мне не показали, но меня стали опрашивать. Я давал объяснение, как всё было на самом деле, после меня допросил следователь. Адвоката со мной не было, позвонить мне не дали. Об этом я позднее ещё расскажу.

— Родители вызвали адвоката? И как адвокат узнал, куда нужно приехать?

— Да, адвоката наняли мои родители. Но адвоката никто в здание УСБ не пустил. Позже я узнал, что мои сокурсники сообщили моим близким, что меня увезли сотрудники УСБ МВД РФ, поэтому адвокат вместе с родителями направились туда.

— Как развивались события дальше?

— Из управления собственной безопасности меня доставили в ИВС (изолятор временного содержания — прим. ред.) третьего отдела милиции. Когда выводили, я увидел своих родителей. Меня спустили в подвал, сняли вещи какие-то, шнурки, и посадили в камеру. Спустя двое суток меня выпустили. Кстати, только тогда ко мне попал адвокат. Потом был суд, который постановил выпустить меня под залог. На тот момент это были 100 тысяч рублей. Эти деньги мои родители занимали.

— Это всё о том, как ты узнал о претензиях к тебе. А что собственно произошло в Сосновке?

— Теперь по существу того, что происходило до происшествия и по самому делу. У меня был хороший взрослый товарищ, которому на тот момент было около 42 лет. Он занимался строительством. Мы с ним общались, дружили. Также у меня был знакомый, с которым мы вместе учились. К этому знакомому приехал друг из Калмыкии с двумя товарищами. Он нас и познакомил. Спустя несколько дней эти приезжие попросили меня посоветовать кого-нибудь, кто возьмётся за ремонт здания, которое они то ли купили, то ли взяли на подряд. Я посоветовал им своего товарища и дал его номер телефона. Спустя ещё пару дней мне звонит строитель и говорит, что поругался с одним из приезжих — между ними произошёл небольшой скандал. Я попытался связаться со знакомым, который нас свёл вместе, но он не взял трубку. Саму эту историю я пропустил мимо ушей. Через пару дней товарищ-строитель мне позвонил и попросил поехать на встречу с людьми, с которыми он поссорился, на что я согласился. После учёбы он забрал меня на машине с водителем. Строитель позвонил им со своего телефона и договорился о месте встречи. Мы приехали в Сосновку, к месту рядом с детским лагерем, и вышли из машины. Мой товарищ стал ругаться с одним из приехавших, а после они начали драться. Я вмешался в конфликт, за что получил удар ногой в голень и удар по голове, меня скрутили. Разнял нас водитель. Мой знакомый сообщил, что собирается писать заявление, так как у него пропали бумаги. Я позвонил человеку, который меня познакомил с приезжими, и рассказал ему всё. Он сообщил, что те поспешно собрали вещи и срочно уехали в Москву, но ему об этом ничего не сказали.

«Как позже выяснилось, у товарища-строителя ещё и телефон забрали. Документы и телефон бросили в квартире у моего сокурсника. Никакого оружия я там не видел. Оружие, которое якобы было в материалах дела, это пневматика, которую мой товарищ взял у меня за пару недель до этого. Потом оно „всплыло“ — оказалось якобы у этих друзей из Калмыкии. В материалах дела указано было «предмет, похожий на пистолет». Позже этот пистолет я забрал у сокурсника и передал следователю. После проведения экспертизы мне его вернули».

— То есть все остальные участники этой драки в Сосновке уехали из Белгорода? Их не было?

— Ну да, они, наверное, уехали к себе. С моего товарища, который их привёз, взяли объяснение. После того, как меня выпустили, я попал в больницу, и туда ко мне приехал этот потерпевший — мой знакомый строитель. Он говорил, что не понимает, почему на меня возбудили дело. Он дал объяснение, что ко мне претензий не имеет. Дело расследовали, на допросы меня не вызывали. Шёл октябрь, ноябрь. Этих ребят из Калмыкии подали в розыск. С меня один раз взяли объяснение и требовали, чтобы я отчислился из института. Я этого не делал. Мы с адвокатом, в свою очередь, писали жалобы и активно сотрудничали со следствием. Дело в отношении меня было прекращено спустя девять месяцев, но тем не менее я продолжал проходить службу в БЮИ МВД РФ. Отчислили меня в середине октября 2005 года, причём отчислили не из-за уголовного дела (это не является основанием увольнения — прим. Лежнева). Отчислен я был из института по пункту «Л» закона «О милиции» за «грубое либо систематическое нарушение служебной дисциплины». Никаких систематических нарушений у меня не было, не было даже ни единого выговора. Я был председателем «Суда чести» факультета, был активистом института, и за четыре года обучения у меня в зачётной книжке были оценки «отлично». Тем самым характеристика из института была дана очень хорошая.

«Я помню, как меня вызвал к себе начальник института и просил уволиться по собственному желанию. Я отказался. Я учился почти два месяца с начала учебного года, возникает вопрос: „Почему меня отчислили?“. Отчислили, потому что настояло управление собственной безопасности. Дело было закрыто, а я воспользовался правом на реабилитацию и подал иск в суд на УВД Белгородской области».

— Уточним: по какой статье было возбуждено дело, по которому ты проходил как подозреваемый?

— По статье «Разбой».

— В чём заключался твой разбой с точки зрения правоохранительных органов? В чём именно тебя обвиняли?

— Якобы я знал людей, которые на нас напали в Сосновке, и организовал разбойное нападение на своего же знакомого строителя. Была ещё очная ставка с этим строителем и его водителем, во время которой они заявили, что я был с ними и претензий ко мне у них нет. В материалах дела есть протокол их допроса.

— Ну и вернёмся к тому, как ты реабилитировался.

— Я подал иск в суд на УВД Белгородской области за незаконно возбуждённое уголовное дело, за причинение мне материального и морального вреда. Суд первой инстанции я выиграл, УВД решили обжаловать. Областной суд оставил решение первой инстанции в силе и признал законным. За моральный вред мне выплатили 30 тысяч рублей. Мне возместили все затраты на адвоката. Причём, все эти деньги мои родители взяли в долг и была расписка, которая это подтверждала. Это легко проверить — архивы есть и там всё сохранено. Но, как вы видите, автор вранья решил лгать и умолчал о таких фактах.

— Но из института тебя отчислили?

— Да. Пока длилось расследование уголовного дела, я подал иск в суд, чтобы восстановиться. Суд мне отказал на том основании, что уже прошёл срок исковой давности — один месяц — в течение которого я мог бы восстановиться. Мы предоставили в суд все справки о том, что я находился в больнице на лечении. Судом были сделаны запросы в медицинское учреждение, где подтвердили моё нахождение там. Но почему-то этот момент суд не учёл и отказал в иске.

— То есть в октябре 2005 года тебя из института отчислили, шло уголовное дело и ты пытался восстановиться?

— Я стал обжаловать отчисление в начале декабря 2005 года, и суд отказал в связи с истечением срока.

— Вернёмся ещё раз к уголовному делу. Дело в отношении тебя закрыли, ты реабилитировался. Автор поста пишет: «Странности начали происходить и с самим уголовным дело по факту грабежа. Сначала его приостановили, поскольку объявили в розыск двух подельников Лежнева». Что за подельники?

— Это те люди, с которыми мы вместе с товарищем-строителем встречались в Сосновке. Их было три человека, а не два.

— Дальше в посте говорится: «Их так активно искали, что дотянули расследование в подвешенном состоянии до конца 2014 года, после чего уголовное преследование в отношении Лежнева было прекращено. Одни говорят, что по истечению срока давности, другие выдвигают совсем уж нехорошие версии вплоть до прямого нарушения процессуальных норм. Только потом, как полагают знатоки, никаких следов о том, что Лежнев привлекался к уголовной ответственности, вы в УВД не найдёте». Ты сейчас говоришь, что в 2006 году вся эта история закончилась?

— По мне закрылась полностью. Я не виновен! Автор врёт. В связи с тем, что дело приостанавливалось из-за розыска подозреваемых, я и требовал, чтобы дело в отношении меня вывели в отдельное производство. Мне это неинтересно было, ведь это могло затянуться очень надолго.

— В этом тексте, о котором мы говорим, есть ещё несколько моментов, которые я бы хотела, чтобы ты прокомментировал. Например, «один из односельчан во времена описываемых событий занимал высокую должность в городском УВД. Поговаривают, что именно этот милицейский начальник сыграл тогда первую скрипку в „отмазке“ Лежнева и спас сынка земляка от скамьи подсудимых».

— Высокопоставленный сотрудник УВД не мог влиять на процесс уголовного дела. УВД — это УВД, но следственная часть при УВД — это отдельная структура. Дело велось тремя следователями, потому что они менялись — один ушёл, другой, третий. Потом был суд. Мы с адвокатом написали более 50 жалоб в суды, прокуратуру и во все надзорные инстанции — вот и результат. К тому же очевидно, что нам никто не помогал. Мы жаловались, что розыск других подозреваемых не ведётся. О каком закрытии дела может идти речь, если мы постоянно с УВД судились? А позже вообще подал иск на УВД и выиграл его. Уголовное дело постоянно контролировалось и сопровождалось сотрудниками управления собственной безопасности УВД региона, поэтому никто не мог повлиять на него. Да и зачем? Я уверен был, что не виновен, и доказывал это законными действиями.

— И тогда ещё один момент. «После увольнения из органов и отчисления из института МВД Сергей Лежнев, как он говорит, пошёл учиться на юрфак БГУ, который с успехом и закончил. Странно только, что сегодня он везде и всюду подчёркивает, что является выпускником БЮИ МВД». Когда в 2005 году тебе не удалось восстановиться в БЮИ, что ты тогда стал делать?

— В 2005 году я учился на четвёртом курсе БЮИ, после отчисления я пришёл в БелГУ и подал документы на перевод. В заявлении просил принять меня на юрфак в связи с увольнением из БЮИ. По закону это разрешено. С меня потребовали за три недели сдать около 50 предметов, из-за того, что программа отличалась. Я всё сдал. Три недели это был ад. Я больше устал от экзаменов и зачётов, чем от уголовного дела. Перед Новым годом я уже приступил к учёбе на юрфаке БелГУ. Диплом юридического факультета я получил летом 2007 года. Автору этого вранья я рекомендую внимательнее смотреть мои аккаунты в соцсетях. Там всё указано.

— И ещё один момент в посте: «Итак, Серёжа — дипломированный юрист с высшим юридическим образованием. И что дальше? Как развивалась карьера Лежнева на ниве борьбы с преступностью? Да никак! По специальности в органах правопорядка он и дня не работал. Лежнев сразу, как он сообщает в своём блоге, устроился на работу в одну московскую фирму под названием „Национальное радиотехническое бюро“ (НРБ), и не простым работником, а заместителем генерального директора». И как же развивалась твоя карьера?

— Будучи студентом последнего года обучения в БелГУ, я уже работал в должности помощника юриста в одной из строительных компаний и успевал учиться. Получив диплом, стал искать работу. Через знакомых нашёл вакансию юриста в предприятии «Мехколонна-77». Меня взяли на зарплату в 9 тысяч рублей. В течение года я выиграл много судов, руководство мою работу отмечало, мне платили премии. Через год в сентябре я вернулся с отдыха и задумался о том, чтобы сменить профиль. Я уволился и ушёл. При этом с руководством этого предприятия мы до сих пор в дружеских отношениях. Я даже стал собирать документы на адвоката, но мне было отказано, так как я год работал ещё студентом, а по закону нужно иметь стаж работы по юридической специальности не менее двух лет либо пройти стажировку в адвокатском статусе не менее года. Я набрался юридической практики и решил искать что-то новое. За два года я сменил две организации, уходил по собственному желанию. В Белгороде предлагаемые зарплаты меня не устраивали. Спустя пару месяцев друг предложил мне работу в Воронеже, я согласился и переехал туда. Там проработал почти два года, имея зарплату около 100 тысяч рублей. Оттуда я уехал в Москву, где мне предложили работу в компании, в которой я работаю по сегодняшний день. Только никто меня сразу заместителем не назначал — до этого я проработал там почти три года и объездил всю страну, работая на благо компании.

— Как ты думаешь, кто автор этого поста в ЖЖ и кому выгодно его написание?

— Мне думать здесь не надо. Я знаю всех, кто это делает… Всё это связано с моими публикациями о БГТУ. Сначала они попытались на меня воздействовать, потом на моих близких. Понимая, что это бесполезно, они решили «облить меня грязью», правда, грязи этой нет и быть не может. Я чист перед законом. Нашли дело десятилетней давности и сочиняют сказки. А почему не захотели написать об остальных оперативных и уголовных делах? Ах да, они же заказные, о них опасно говорить. Используя административный ресурс, заказчики направили запрос в БЮИ МВД РФ. В запросе было указано: «просим вас предоставить приказ об увольнении Лежнева С. В. в рамках взаимодействия с исполнительной властью». Мне об этом сообщили из БЮИ МВД РФ. Позже копия приказа «гуляла» по интернету. Мне достоверно известно, кто является заказчиком, соисполнителем и исполнителем этого вранья. Это конкретные люди, связанные с делом БГТУ. Мне известно, что с помощью своего административного ресурса они замышляют новое враньё. Меня этим не остановить. Дело БГТУ будет доведено до конца, правоохранительные органы разберутся во всём. В ближайшее время я хочу обнародовать новые факты по БГТУ.

От редакции

«Фонарь» направил запрос в Белгородский областной суд о предоставлении копии решения суда по иску Сергея Лежнева к УВД Белгородской области.

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости