$ 64,67
 73,36
฿ 259 к
+6 °C

Почти мирное соглашение. Как прошло четвёртое заседание по иску проректора «Технолога» к блогеру Лежневу

В Белгородском районном суде прошло четвёртое заседание по иску первого проректора БГТУ им. В. Г. Шухова Николая Шаповалова к блогеру Сергею Лежневу. Никогда ранее процесс не был так близок к завершению — сторона истца смягчила требования к ответчику и предложила закончить всё миром. Специальный корреспондент «Фонаря» Владимир Корнев наблюдал за заседанием.

Ответчик Сергей Лежнев на суде

— Болеющие есть? Кто кашлял? — начала с актуального судья. Её можно было понять — заседание вернулось из большого зала в тесный кабинет, где едва поместились все желающие присутствовать на процессе.

В гриппе никто не признался, и Надежда Воробьёва начала заседание.

Представитель истца Шаповалова Оксана Феофилова традиционно начала с места в карьер — в этот раз она была без своего коллеги, члена ЛДПР Руслана Лапшина, чьим участием в процессе, по источникам «Фонаря», оказались недовольны в партии.

Феофилова попросила приобщить к делу заявление «О подложности доказательств»: в частности, адвокат усомнилась в существовании пользователя Романа Андреева, со страницы которого Лежнев якобы и взял документ с персональными данными истца.

— Согласно представленным нами скриншотам страницы из социальной сети Facebook пользователя Романа Андреева, указано, что данное лицо сменило фотографию 20 ноября 2015 года и с данного числа фотография не изменялась. С того дня фотография выглядит как белая маска на чёрном фоне. Между тем стороной ответчика были подписаны документы на 18 декабря 2015 года, якобы удостоверяющие страницу Романа Андреева с фотографией, где видно его лицо, а также рука, — указала на несостыковку Феофилова.

Заметила она и «взаимосвязь» адвоката Лежнева Дмитрия Шитикова и свидетелей Лисицкого и Козлович, которые ранее подтверждали подлинность распечатанных Шитиковым страниц из интернета. «Данные лица, подписывая и заверяя документы, находились во взаимосвязи с представителем ответчика и являлись заинтересованными лицами по данному делу», — заявила представитель истца и теперь уже сама попросила обозреть в судебном процессе страницы пользователей Романа Андреева, Руслана Морозова и официальный сайт адвоката Шитикова.

Сам Шитиков категорически возражал против приобщения к делу заявления представителя истца. Он напомнил, что по результатам уже проведённой прокурорской проверки было установлено, что информация с персональными данными Шаповалова была выложена Андреевым раньше Лежнева.

Судебное заседание в кабинете Надежды Воробьёвой

— Здесь ставится вопрос о том, что фотография была изменена 20 ноября 2015 года, а сведения ваши декабрьские и фотография уже другая у вас, — заметила судья.

— Если вы откроете статью в ЖЖ «Странные схемы БГТУ им. Шухова», вы увидите мою другую фотографию. А если откроете последнюю, то ещё одну увидите! — объяснил Воробьёвой возможности интернета Лежнев.

— Так фотографии можно каждый день менять, что ли? — удивилась судья.

— Более того, а где подтверждение, что эти фотографии (пользователей Андреева и Морозова прим. ред.) не были добавлены ранее в Facebook? Сейчас можно просто брать их и менять, и вставлять, — обратился уже к Феофиловой ответчик.

— Специалист в прошлом судебном заседании пояснил, что даты изменения фотографий будут видны. Согласно представленным мной скриншотам, после 20 ноября фотография пользователя не менялась, — стояла на своём Феофилова.

— Пользователь может любую информацию, в том числе об обновлении фотографии, удалить! И её уже не будет в ленте, — объяснял Шитиков адвокату и судье одновременно.

— Ещё очень важный момент: эту информацию можно удалять не только подряд, но и выборочно, — включился в объяснение «на пальцах» второй представитель Лежнева Александр Шпай. — Как человек захотел, так и удаляет. Поэтому скриншоты стороны истца не подтверждают ничего.

По ходатайству об обозрении интернет-страниц ответчик не возражал. В свою очередь его представитель Шитиков обратил внимание на многочисленные сайты, содержащие на своих страницах персональные данные истца. В частности, адвокат пояснил, что сторона истцов «пытается ввести в заблуждение всех нас», говоря о том, что на сайте БГТУ им. Шухова данные первого проректора появились после опубликования в блоге Лежнева.

— Просим обозреть сайт archive.org/web, позволяющий увидеть любую страницу интернета в таком виде, как это было несколько лет назад. Мы увидим всю ту же информацию о Шаповалове, что и сейчас.

Скриншот со страницы Шаповалова по состоянию на 5 апреля 2013 года

Вместе с этим сторона ответчика попросила обозреть ещё один телефонный справочник и выписки из ЕГРЮЛ, в которых содержатся персональные данные Шаповалова. Согласно этим данным, первый проректор БГТУ является соучредителем двух юридических лиц.

Адвокат Шаповалова предсказуемо была против обозрения сайтов: «Эти сайты не доказывают, что вся совокупность персональных данных была размещена на этих сайтах, во-первых, законно и с согласия Шаповалова, во-вторых, что это персональные данные, представленные в совокупности, — ФИО, адрес, телефон».

— Ну мы ещё не знаем, что там размещено, — заметила Феофиловой судья.

— Также незаконное размещение кем-либо данных истца не является основанием, чтобы ответчик также незаконно размещал данные, — резюмировала представитель истца.

Судья удовлетворила ходатайство. Слово взяла Феофилова.

— Я бы хотела заявить заявление об уменьшении исковых требований, исключив требования обязать убрать информацию с сайта, — неожиданно попросила адвокат.

Она пояснила, что 21 января сторона истца «произвела осмотр» блога Лежнева и выяснила, что комментарий с персональными данными Шаповалова действительно был удалён. «Просим требования считать изложенными, исключив требования обязать удалить информацию», — предложила Феофилова.

Судья резонно поинтересовалась, не хотят ли стороны закончить процесс мирным соглашением, раз уж пошло такое дело.

— После предложения суда мы детально обсудили с моим доверителем данный вопрос. После прошлого судебного заседания Лежнев предложил обсудить мировое соглашение и пояснил, что к понедельнику представит свой вариант. Для Шаповалова принципиальным является признание факта незаконности распространения данных. Поэтому Шаповалов готов исключить требования компенсации морального вреда.

— Предложение какое? Может, извинения какие-то принести? — спросила, оживившись, судья.

— Признание факта незаконности распространения данных, чтобы потом (информация прим. ред.) больше не размещалась ответчиком. Со своей стороны Николай Афанасьевич не будет настаивать на компенсации морального вреда.

— Что скажете, Сергей Владимирович? — обратилась с надеждой к Лежневу Воробьёва.

— Ваша честь, нет. Я не вижу здесь никакого мирового соглашения. Есть данные Шаповалова на сайте БГТУ, есть данные в справочнике. Вот пример: завтра кто-то из нас берёт и делает скриншот и выкладывает в интернет. Да я сам так сделаю! И что, я буду опять нести ответственность?

— Подождите, но на сайте БГТУ и в телефонном справочнике он давал согласие, чтобы его данные разместили? — обратилась уже к Феофиловой судья.

— Не давал, — ответила она.

— И вы (тоже прим. ред.) без его согласия! — объяснила Лежневу Воробьёва.

— Нет-нет-нет, это общий доступ… — парировал он.

— Вы меня извините, но вы не взяли и не сделали скриншот со страницы БГТУ. Вы взяли иные персональные данные! По сайту БГТУ никто не может взять и прийти к нему домой с угрозами, — накинулась на ответчика Феофилова.

— Он проживает в служебном жилье. Все знают, что это такое.

— Не знают!

— Я знаю!

Ответчик Сергей Лежнев

Судья попросила прекратить спор и уточнила у Лежнева, есть ли у него предложения по мирному соглашению.

— Не я предъявлял какие-то требования. Как мы можем мирно решить спор? Я потому и не позвонил, что не знаю, как это реально мирно сделать.

Ответчика поддержал его адвокат Шпай.

— Данное мировое соглашение констатирует факт нарушения со стороны Лежнева. А так как Лежнев не считает, что он что-то нарушил, то это неприемлемо.

Соглашения не случилось и судья предложила высказаться сторонам по существу дела, заметив, что пояснения давались неоднократно и подробно. Но у сторон вновь было что сказать.

— Я поясню — информация становится общедоступной лишь в том случае, если она размещена законным способом, с согласия субъекта персональных данных, — объяснила представитель истца. — То обстоятельство, что информация на каких-либо сайтах была размещена в обход закона говорит о том, что её дальнейшее распространение не делает её законной и общедоступной. То есть, когда нарушение увеличивается фактом тиражирования, оно от этого не перестаёт быть нарушением.

Кроме того, закон «О защите персональных данных» указывает, что и общедоступная информация должна размещаться с соблюдением законодательства. То, что информация, которую разместил Лежнев, была доступна только ему, доказывается ответами от правоохранительных органов Белгорода, а также тем, что есть сопроводительное письмо, адресованное конкретно Лежневу.

Дополнительно Феофилова напомнила, что вина ответчика ещё и в том, что он разместил персональные данные Шаповалова «среди негативной информации о БГТУ им. Шухова, а значит и об истце». По данным адвоката, сторона истца не знает, сколько пользователей прочитало тот пост, но «имеется бурное обсуждение в комментариях».

Судья повторно поинтересовалась у адвоката, давал ли истец согласие на размещение персональных данных где бы то ни было.

— Нет, не давал и не знал о существовании такой информации, — ответила Феофилова.

— Когда в городском телефонном справочнике размещают информацию, разве не должно быть получено согласие? — возразила судья.

— Он не давал согласия. Также не представлено доказательств официальности этого справочника.

— Что значит «официальности»?

— Что это не размещено какими-то лицами после незаконного сбора информации.

— А на сайте БГТУ?

— На официальном сайте БГТУ отсутствует информация об его адресе.

— Но он давал разрешение на фамилию, имя…?

— Не могу ответить на этот вопрос.

Лежнев высказал свою позицию по этому вопросу.

— Безусловно, Шаповалов давал согласие, потому что если бы он его не давал, то он бы подал в суд на них и требовал бы по 300 тысяч. Более того, Шаповалов является публичной личностью, и мои статьи по БГТУ действительно имеют большой общественный резонанс не только на местном, но и на федеральном уровне. Поэтому я считаю, что никакого нравственного, морального страдания я ему не принёс.

— Вы говорите, что Шаповалов давал согласие на размещение персональных данных на интернет-сайтах. У вас есть доказательства? — обратилась к ответчику представитель истца.

— Да, есть. Требований Шаповалова о признании этих данных незаконными в суде нет на данный момент. Значит он их признаёт.

— Вы нам только что представили данные документы — естественно мы не можем в данный момент подать иски в суд. Мы проанализируем и естественно подадим иски, — анонсировала новые суды Феофилова.

Слово взял адвокат Шитиков. Из нового он показал, что на подготовке к судебному заседанию Шаповалов лично говорил, что никаких угроз в письмах ему не посылалось. Также адвокат поинтересовался у суда, как Лежневу нужно было поступить в его ситуации с публикацией комментария — как было юридически или технически спросить у Шаповалова согласия на разглашение его персональных данных?

Адвокат Дмитрий Шитиков

— Да, нам говорили, что есть такое понятие как «обладатель информации». Но обладатель необязательно является субъектом — обладатель это тот, кому стали известны эти данные. Как это лицо, первоисточник, стало обладателем — законно или нет, — нас не интересует. Сейчас необходимо это лицо установить и по этому поводу проводится проверка правоохранительными органами.

В итоге Шитиков предложил суду наравне с другими нормативно-правовыми актами руководствоваться в том числе и законом «О СМИ». «Если какая-то информация выложена СМИ, то любое лицо может её взять и перекопировать, переопубликовать. И при этом если она была изначально с нарушением, то первый несёт ответственность», — пояснил адвокат.

— В ходе процесса было очень много информации обозрено, — вступил второй защитник Лежнева Шпай. — Но здесь очень важный момент: сторона истца говорит, что информация была размещена незаконно, соответственно все последующие незаконны. И здесь сторона истца противоречит сама себе. Мы указали первоисточник, но требования почему-то предъявлены к нам. Если они полагают, что информация незаконная, почему исков к другим людям нет? Выбрали по каким-то причинам именно Лежнева.

— По политическим, — недовольно буркнул блогер.

Судья объявила перерыв на десять минут и отправилась выяснять, есть ли свободные залы для просмотра интернет-сайтов. Но возможности из-за плотного графика работы суда не оказалось, и Воробьёва перенесла заседание на 3 февраля.

«Будем заканчивать», — пообещала она и попрощалась со всеми.

Текст и фото: Владимир Корнев

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости