«У большинства госслужащих связаны руки». Бывший белгородский чиновник — о закупках, коррупции и разочаровании

Специальный корреспондент «Фонаря» Владимир Корнев пообщался с бывшим чиновником, работавшим в одном из районов Белгородской области. Он согласился рассказать о том, как устроена система закупок, почему порой выгоднее заплатить штраф и сколько получают в администрациях. Единственным условием интервью была анонимность.

«У большинства госслужащих связаны руки». Бывший белгородский чиновник — о закупках, коррупции и разочаровании

Мы часто видим новости про штрафы в сфере закупок для чиновников и администраций. С чем они связаны?

— Самое основное — это неточности в соблюдении 44-го Федерального закона. Закон огромный, в нём куча требований к проведению торгов, документации и прочему. Не у всех специалистов хватает компетенции выдерживать всё это. А зачастую требования реально не осуществимы.

44-ФЗ подразумевает работу в идеальных условиях, но такого практически никогда не бывает: деньги приходят с опозданием, пока это всё проторгуется и так далее. Зачастую приходится целенаправленно идти на нарушение требований. Чтобы дали штраф 5-10 тысяч, но зато это позволит осуществить программу в срок.

Кто виноват в такой ситуации?

— Никто не виноват. Так получается, что деньги приходят поздно, и надо срочно отторговать их. А если соблюдать абсолютно все требования, то время торгов очень сильно затягивается.

Получается, что чиновники — заложники ситуации?

— В основном, да. В 90 процентах случаев именно так.

А в десяти? Можете привести пример?

— Например, в одних из торгов в Корочанском районе было неверно указано количество дней на проведение авансового платежа. То есть было указано десять рабочих дней, а по 44-ФЗ десять банковских — очень распространённая ошибка, которую допускало множество специалистов по закупкам. Это незначительное нарушение, которое произошло в силу незнания специалистом закона. ФАС торги сняла.

Могу рассказать про ещё одну интересную проблему, связанную с торгами. Есть коммерческие организации, которые специализируются на подготовке и проведении торгов. И так как торги проводятся на открытых площадках, то проверить тендерную документацию может кто угодно, у кого есть доступ к площадке.

Что они делают? Они изучают прошедшие торги, тендерную документацию, находят ошибку по 44-ФЗ и направляют заявление в ФАС. ФАС рассматривает и признаёт торги недействительными, и всё начинать по новой. Ситуация может повторяться несколько раз! Чего они добиваются? Продвигают свои услуги, высылают контакты и предложение по подготовке документации к торгам! Представляете, какая это катастрофа, когда срочно требуется проведение ремонтных работ?

Идеальное соблюдение 44-ФЗ возможно, или это утопия?

— Утопия.

Что нужно менять?

— С каждой новой редакцией 44-ФЗ идёт на ужесточение. Постоянно добавляют требования по загрузке документации в систему.

Это очень инертная система. Для выполнения работ на 400 тысяч рублей (во столько, например, обойдётся строительство детской площадки — прим. «Ф».), для подрядчика требуется от силы неделя. На то, чтобы провести всю эту работу с выделением денег, бюджетов, лимитов, формированием заявок, проведением торгов, — нужно месяца два.

Так что нужно поменять-то?

— Например, сейчас есть лимит 100 тысяч рублей, после которого обязательно нужно проводить торги. Я бы поднял порог хотя бы до 500 тысяч, чтобы по небольшим объектам можно было заключать договор с подрядчиком напрямую.

А это не будет способствовать коррупции?

— Думаю, нет. Но поможет облегчить выполнение таких простых работ.

Надо понимать, что коррупция — это вообще такой стержень всей системы. Но доступ к этому стержню есть у единиц, только у высших уровней. И речь о суммах в 500 тысяч даже не идёт — слишком мелкий уровень.

Сколько за год в районе заключается контрактов до 500 тысяч рублей?

— Половина точно. Ограждения кладбищ, водосточная система, текущие ремонты, детские площадки, элементы благоустройства — это всё до 500 тысяч.

Иногда ситуация просто не терпит времени. Например, в районе есть деньги. В школе потекла крыша, или вышла из строя канализация, и нужно срочно принимать меры. А только один месяц при самых идеальных условиях — это проведение торгов.

Расскажите самую адовую историю о бюрократии в закупках Белгородской области.

— Несколько лет назад необходимо было построить дома под переселение граждан из аварийного жилья. И аккурат до Нового года, потому что потом неосвоенные бюджетные деньги, грубо говоря, не продлевают. Их просто изымают назад. И если вы не успели освоить программу и потратить деньги, то в следующем году возможности продолжить её нет. Так устроена бюджетная система.

Аварийное жильё в Белгороде, фото пресс-службы администрации Белгорода

Поэтому в нескольких районах Белгородской области, да и на многих бюджетных объектах, сознательно шли на то, чтобы подрядчику закрывали раньше времени контракт, до окончания производства работ. Подрядчику подписывали акты выполненных работ и перечисляли деньги с гарантийным письмом о том, что он в следующем году завершит работы.

Далеко не у всех подрядчиков хватало разума завершить работу. Когда падает на счёт 15-20 миллионов, то возникает большой соблазн, например, машину купить. А потом не хватает денег на окончание работ.

И соблазн для чиновника ведь? Он такой подрядчику: «Вот тебе 20 миллионов раньше сроков, но миллион мне верни потом».

— Вполне возможно. Но я уверен, что подавляющее большинство работников администраций любого уровня — честные люди. Такие же, как и все, которые работают с девяти до шести, получают свою зарплату и ни в каких этих финансах не участвуют. Управление финансами — это очень высокий уровень. Даже начальники управлений не относятся к нему, они ставят свои подписи на платёжных документах, но без согласования свыше ни один платёж не пойдёт.

И когда горит программа, деньги не освоены, идут проверки, и у всех причастных к программе руководителей горит задница, тут не до откатов. Это тушение пожара и вынужденный шаг с целью всё же реализовать программу в следующем году. Благо, разработали механизм, при котором больше не требуется раньше времени закрывать подрядчику контракт.

А глава района какое место занимает в этой системе?

— Первое. Это человек, у которого под контролем всё: платежи, контракты. Все, кто ниже — замглавы, начальник управления, — такими возможностями не обладают. Ещё раз, ни один платёж без ведома главы района не осуществляется.

Как простому человеку понять, что глава района хорошо работает?

— Если программа в сроки реализовывается, значит всё нормально. Если идёт завал на полгода-год, значит что-то не так. Но даже в этой ситуации не всегда виноват глава района.

А кто?

— Когда ставят новых людей на руководящие позиции, бывает, что они ничего не могут сделать, потому что от предыдущих остаётся такой клубок с долгами, обязательствами, нерешёнными проблемами, что новые ничего не могут сделать дальше. Они разгребают старое. В этой системе у них связаны руки.

Да и банально не выделяется финансирование на какие-то программы в данном районе. У нас идёт череда: сначала развивают интенсивно один район, потом начинают вливать деньги в другой, потом в третий. Больше всего проблем в районах, конечно, с дорогами. Есть участки, где вообще бездорожье, есть с ужасным асфальтовым покрытием. И если деньги на эти участки год назад заложены не были, или их тупо срезали из-за нехватки финансов, то у администрации связаны руки. И даже при отсутствии денег, из своей практики могу точно сказать, старались что-нибудь придумать. Договориться с подрядчиками или поставщиками, чтобы хотя бы отработать участки грейдером и покрыть их щебнем. Это требует огромных усилий — за бесплатно выполнить какие-либо работы.

Рядовые сотрудники администраций, занимающиеся закупками, вообще понимают в этом всём?

— Есть очень много людей, которые попадают в администрацию с институтской скамьи. Они не плохие, просто не видели другую сторону работы. Зачастую им не хватает понимания, как работают подрядчики. Они знают в теории всё, но изнутри работу подрядной организации не видели, не понимают протекания всех процессов и их своевременность во взаимоотношениях «подрядчик-заказчик». И это риски.

Уходит время, прежде чем методом проб и ошибок они научатся работать с этим. Но и другого пути, думаю, нет. Готового профессионала затащить в администрацию на ту зарплату и призрачную перспективу какого-то роста невозможно.

А у проверяющих органов?

— Это вообще беда. Что полиция, что ФАС — прекрасные специалисты в юриспруденции. Но если речь идёт о строительных работах, взаимоотношениях подрядчика и заказчика, фиксации объёма выполненных работ, их качества... Даже если деньги были выведены, им будет очень тяжело это найти. Потому что здесь им каким-то образом надо проверить расценки, объёмы выполненных работ. Очень много скрытых работ, которые закопали, ушли под землю, и уже не проверишь — та же канализация, земляные работы, фундаменты, обратные засыпки и так далее. Они грамотные специалисты, но всё же другого профиля.


К слову, напомним, что УФАС по Белгородской области удалось доказать нарушение антимонопольного законодательства при выделение земельных участков для строительства кафе «Оранжевый остров» в Белгороде, но в итоге виновных сотрудников горадминистрации оштрафовали всего на 35 тысяч рублей, а само предприятие — на 100 тысяч рублей. Подробнее об этом можно почитать здесь.

Даже куратор (сотрудник администрации — прим. «Ф».) не может фиксировать всё. У него огромное количество другой работы, огромные стопки бумаг на столе. При чём это часто вообще не связано с его специальностью: написание предвыборной речи, какая-нибудь левая программа по взятию анализов воды, предвыборная работа с населением...

Основной деятельностью эти специалисты занимаются от силы 25 процентов времени. Всё остальное — это всякого рода обращения граждан, на которые обязательно надо отвечать, выезжать. А часто они даже не стоят потраченного времени.

А полиция или ФАС не могут нанять специалистов, чтобы они проверили объект? Заказать экспертизу?

— Могут, но это только на особо крупных делах. Привлекают Счётную палату и шерстят там. В Счётной палате очень грамотные специалисты, сколько мы сталкивались с ними — у них полное понимание.

Крупные и некрупные объекты — это какие?

— Любой дом по программе переселения жилья. А некрупные — ремонты тех же библиотек, школ, медпунктов.

За крупными контроль лучше?

— Да, но контроль, который осуществляется после строительства, не может дать полной информации по сравнению с тем, который должен осуществляться во время работ, на всех этапах.

А на коммерческих объектах ситуация лучше? Тех, которые строит «Газпром», например?

— У них своя служба заказчика. И там, где бюджетные деньги не вмешиваются, там, как правило, нормально всё. Быстрее, проще, вопросы легче решаются. Тут главное не мешать и прийти на открытие ленточку перерезать.

«Газпром» и региональные власти открывают ледовый дворец в Строителе, фото catalog-stroitel.ru

Была история про директора «Белгорблагоустройства», которого оштрафовали на 53 тысячи рублей. За то, что в аукционной документации объединили в один лот «технологически не связанное между собой оборудование». В ФАС объяснили, что «это могло привести к ограничению круга возможных участников аукциона»...

— Зачастую такое бывает. Но это не с целью ограничения участников, а просто ради экономии. Не связанное между собой оборудование «пихают» в один проект — это быстрее и дешевле, чем заплатить 3-4 миллиона за разработку дополнительной проектной документации. Чтобы оценить действия, нужно больше информации по конкретно той ситуации, в которой принимались решения.

А кто штраф в таком случае будет платить?

— Администрация заплатит. Найдут механизм.

Это вообще по умолчанию в администрациях — идти на нарушение при заключении контракта?

— По каждому случаю индивидуально. Зависит от денег и текущей сложившейся ситуации.

Повторяю, большинство сотрудников администраций — абсолютно честные люди, выполняющие свою работу. Конечно, стараются по максимум соблюсти все требования законодательства, но ещё раз [обращаю внимание], надо всегда исходить из текущих условий и ситуации. И если нельзя не нарушить, то пусть будет нарушение, но будут выполнены работы, нежели и нарушений нет, и дома не построены. Конечному потребителю, населению, всё равно, есть там нарушения в торгах или нет, если в срок завершены работы, и они получили жилье. Мы обычно исходили из таких соображений.

Вот почему люди говорят, что к ним по-хамски отнеслись в администрациях? Я совершенно точно могу сказать, что процентов 90, которые приходят туда, — неадекватные люди. Они заходят, начинают орать! А у специалиста папки бумаг, в которых он утонул, ему надо проверить объекты, ответы по жалобам дать... А человек заходит, не объявляет проблемы, сразу орёт, объявляет взяточником. И представьте, если по 15-20 человек проходит за день таких!

В такой ситуации пообщаться с адекватным человеком — счастье, ну и помочь ему в меру своих сил. В силу своей воспитанности, меня очень истощало морально общение с такими людьми. Хотите решить вопрос — ведите себя адекватно.

Сколько за такую работу получают в администрациях?

— Почти везде в районах примерно так: специалист 15 тысяч рублей, начальник отдела от 22 до 25 тысяч, начальник управления 37-40 тысяч. У заместителя главы и главы по-разному, но у заместителя примерно на 7 тысяч больше, чем у начальника управления.

Часто люди видят стоимость контрактов, тут же называют цену «завышенной» и спрашивают, откуда она взялась.

— Это очень просто. Люди не понимают структуру затрат. Допустим, в строительстве люди часто рассуждают: «Ну вот, 20 миллионов стоит дом, за 15 построят, пять себе положат». Ничего подобного. В капстроительстве 70 процентов — это стоимость материалов. Ещё 15-20 процентов — стоимость машиномеханизмов, накладные расходы. Ещё 5-10 процентов — зарплата. И не забудьте про налоги.

Если строительная организация сработала в плюс пять процентов — это успех. Расценки на работу на бюджетных объектах очень низкие. Это я совершенно точно могу сказать. Срубить денег по-лёгкому в данных расценках и на таких условиях контракта без серьёзных нарушений нельзя.

И ещё одна история. В нескольких районах были серьёзные проблемы с переселением граждан из общежитий. В общаге семьи жили в комнатах 15-18 квадратных метров, деньги заложены в бюджете были на те же 15-18 квадратных метров строительства нового жилья, но по требованиям закона и экспертизы квартира должна быть минимум 22-25 квадратных метра.

Как в этой ситуации быть? Кому-то из всего общежития не дать квартиру и раскидать её квадратные метры на всех остальных? А одну семью оставить в разваливающейся общаге? Очень тяжело выкручивались из такой ситуации, потому что дополнительно средств естественно взять было неоткуда. Представляете: заставить подрядчика строить каждую квартиру на 7 квадратных метров больше, без оплаты этого объёма? Но построили, людей переселили. Подрядчикам пришлось тяжелее всего.

Почему расценки на бюджетных объектах низкие?

— Потому что надо экономить. Наверно, это нормально.

Но это же отражается на качестве.

— Конечно.

И это правильно?

— Думаю да, потому что можно будет больше домов построить. Не 10, а 11. Для строителей конечно тяжело. Раньше бюджетные объекты считались выгодными, это была стабильность и гарантия, можно было заработать на них. А сейчас, конечно, всё изменилось.

Это проблема в том числе и для властей?

— Нормальных подрядчиков найти тяжело. Очень много осталось тех, кому остались должны деньги. Завести нормального подрядчика, который может в проторгованные деньги и в срок провести качественную работу, — это проблема.

Но всё-таки подрядчики берут объёмами?

— Да.

Всем экс-чиновникам в конце разговора я задаю один и тот же вопрос: разочарование есть?

— Да. В том, что очень много людей, которые там работают, абсолютно адекватные. Они не взяточники, но они ничего не могут сделать. Потому что они заложники системы. Это проблема не только госслужащих, но вообще наёмных работников.

Молодым я могу порекомендовать получить опыт работы в госструктурах, но если ты амбициозен и у тебя есть цель, лучше работай сам, создавай своё дело. Или развивайтесь в компаниях, в которых ценят молодые головы, идеи, их потенциал, чувство современных технологий и информации, и самое главное — где не будут подавлять вашу личность.

Как по-вашему, с этой «инертной системой» что-то изменится в обозримом будущем?

— Нет. Но понимать, как она работает, обязательно нужно. Множество проблем с помощью неё действительно можно решить.

Владимир Корнев

Читайте также

Нашли опечатку? Выделите текст и нажмите Ctrl + Enter.
comments powered by HyperComments

Похожие новости